Кувшинки в снегу

«Что её звать?! Она же сама хотела прийти! Через пару дней. Так, может, это сегодня?» Он не хотел признаваться себе, что ждёт её, что непроизвольно вглядывается в каждую женскую фигуру, появлявшуюся на общинном дворе. Пару раз ему даже показалось, что он слышит её голос, сердце замирало, но её всё не было. Когда стемнело, и князь понял, что Лилия сегодня не придёт, его охватило отчаяние. Всё-таки он отпугнул её своей грубостью так, что она не хочет больше видеть ни его, ни его людей. Что ж, этого следовало ожидать, правда, легче от этого не становилось.

Михаил честно пытался уснуть, но тяжёлые мысли и боль в воспалённом плече промучили его до утра. Перед рассветом он забылся и проснулся, когда Захар постучал в дверь и крикнул, что дружинники вышли на тренировку. Михаил сел, голова кружилась, дыхание было горячим. «Вот и получай все прелести самолечения. Только горячки мне не хватало!»

Он попросил Захара провести тренировку без него и, обессиленный, откинулся обратно на кровать.

* * *

После расставания с Михаилом Лилия два дня ходила смурная, проверяла капканы, собирала молодые июньские травы, пропалывала огородик, успела перестирать все свои и материны вещи, поправить загон для козы и даже сделать в домике тщательную уборку.

Мать смотрела на развитую ею кипучую деятельность молча, но когда Лилия утром третьего дня взяла метлу и полезла на крышу чистить трубу, не выдержала, схватила её за руку, подтащила к столу и насильно усадила на лавку.

– Что случилось, доча? Я же вижу, ты сама не своя! Обидел, может, тебя кто? В деревне? Скажи! Ты ведь знаешь, я плохого не посоветую.

– Знаешь, мам, по-моему, я влюбилась! – Лилия вздохнула и подняла глаза на Травену. Та сразу поняла, что дочка не шутит.

– Так ведь это хорошо, разве нет? Ты вполне можешь любить и быть любимой! Может даже, тебе удастся то, что не удалось мне в своё время, – создать семью. А кто он?

– Он? – Лилия на миг замешалась, но всё же ответила. – Он – князь Верейский, Михаил Ермолаевич, пермский наместник.

 – Травена охнула и тяжело опустилась на лавку рядом с дочерью.

– Да уж, мой цветочек, присмотрела ты жениха! Да вот только с семьёй у тебя, боюсь, может ничего не получиться!

– Почему?

– Дак, ты и сама знаешь! Какая из тебя пара пермскому князю! Ему впору княжескую или боярскую дочку за себя взять, на худой конец купеческую. Да и люди не примут такую княгиню, как ты, лесную знахарку-отшельницу, непонятную, а потому опасную. Ни тебе, ни ему покоя не будет.