Жизненное пространство. Книга 1. Борт 618

Искра во взгляде мелькнула и погасла, оставив перед ней совершенно другого Сергея: опустив плечи, напротив сидел не человек, а наполовину высосанная, изможденная его оболочка.

– Почему тут все так… грязно, убого, зачем ты торчишь в виртуалке, что случилось с нами?! – Лизе было страшно, она поняла, что запуталась, заблудилась в своих ощущениях и уже не может отличить правду от лжи. Истерика еще не началась, но уже подкатывала к горлу щемящими спазмами.

– Ну, насчет грязи, это ты спроси у себя… – отмахнулся от ее вопроса Сергей.

 – А что касается остального… – Он с трудом сфокусировал свой взгляд на Лизе, и в его глазах опять проскользнуло безмерное удивление. – Знаешь, разнообразие – это, конечно, здорово, но не надо перегибать, договорились? Я работаю, а ты, похоже, стала вдруг вольно трактовать свои обязанности, милая.

Лизу покоробило от этих слов и его грубого, пренебрежительного тона.

– А в чем заключаются мои обязанности? – резко осведомилась она.

Сергей лишь устало отмахнулся:

– Сама знаешь.

Несколько минут они напряженно молчали. Наконец Сергей не выдержал, встал и произнес:

– Хватит глючить. Мне надо работать. Закончу статью, тогда и будем жить по-старому. И не надо меня больше так выдергивать оттуда, ладно?

Не дождавшись ответа, он вышел.

Целый день Лиза со злым, отчаянным остервенением убирала квартиру, выскребая пыль и грязь, скопившуюся по углам. В ее сознании царил кромешный ад, она не могла поверить, что все, происходившее с ней до сих пор, – правда. Как могла она жить тут, не замечая происходящего вокруг, пребывая в каком-то ступоре грез?

К вечеру, выскоблив все до стерильного блеска, приготовив ужин, она еще раз попыталась достучаться до сознания Сергея, но безуспешно.

Оставался выбор: либо лечь в постель и уснуть, либо бежать отсюда очертя голову.

Подсознательно Лиза была уверена: бегство от проблем – это не ее стиль решения жизненных ситуаций, но, вспомнив свое пробуждение, она поняла, что не ляжет в эту постель никогда, даже если белье трижды стерилизуют у нее на глазах.

Отвращение ко всему происходящему было подсознательно-стойким. В душе по-прежнему царил хаос, и нужно было прежде разобраться в себе, в своем, оказавшемся вдруг многоликим и непонятным «я», прежде чем решать, что делать и как жить дальше.

Оставив Сергею, который все еще торчал за компьютерным терминалом, короткую записку, она прижала ее тарелкой с бутербродами и ушла.

Вернувшись сегодня, Лиза застала Сергея мертвым.