Зона Контакта

– Пилот, видимо, ранен! – Бестужеву передалось общее эмоциональное напряжение момента. Он неотрывно следил взглядом за курсом истребителя, подмечая, как неровно тот движется, словно автоматика отказала, а ручное управление отнимало у пилота последние капли жизненных сил.

Истребитель вошел в док. Его не подхватили гасители инерции. Поврежденное оборудование причальных секций не работало, и корабль неуклюже коснулся посадочной палубы, высекая снопы искр, снес секцию решетчатых ферм обслуживания, развернулся вокруг оси и замер.

Никто не выбрался из поврежденной машины. Зонд вслед за истребителем вплыл в вакуумный док, сделал несколько кругов, запечатлев разрушения, затем вдруг резко крутанулся вокруг оси, словно его датчики уловили нечто важное!

Запись исказилась, изображение смазалось, но все равно было видно, как открылся овальный люк и из шлюзовой камеры высыпали похожие на крабов сервомеханизмы! Они двигались ловко, не теряя сцепления с палубой, хотя вокруг царила невесомость – на это указывали предметы, парящие на разных высотах.

– Сейчас они вызволят пилота! – Мишель затаила дыхание.

Точно. Сервы вскрыли шлюз истребителя, исчезли внутри машины, долго не появлялись, а зонд все кружил и кружил, словно его примитивная система каким-то образом осознавала важность момента.

Внезапно в носовой части малого корабля сработали аварийные механизмы. Часть обшивки отделилась; вслед за фрагментами сброшенных бронеплит из гнезда вышло курсовое орудие, так же отправившись в свободное движение над посадочной палубой, а в границах освобожденной от оборудования ниши появилось красноватое сияние – сервы вырезали переборку!

Еще минута, и раскаленный по краям округлый фрагмент отправился вслед за сброшенным орудием.

Зонд спикировал, взял крупный план.

Изнутри истребителя появился край грубо срезанного противоперегрузочного ложемента, обрамляющего кресло пилота.

– Человек! – невольно вскрикнула Мишель.

Сомнений не осталось. Сервы извлекли из кабины истребителя молодого пилота в скафандре. Из-за полученного ранения его экипировка потеряла герметичность и была залита аварийной пеной, объединяя человека и кресло в жутковатую абстрактную скульптуру.

Выбравшись на палубу, сервы дружно припустили к шлюзу.

Оставалось лишь надеяться, что пилот жив и внутри неповрежденной части корабля ему окажут помощь.