Рассказы 15. Homo

Пластик оливковый с серым, блестящие поверхности, по столу к хозяину прошагал робот-нарезчик. Шульгин усмехнулся, рассеянно добавил: – Я им документ предъявил.

– Да какой же такой документ? Не положено, и все тут! – Видно было, что Михаил Сергеевич вроде бы и рад, но в то же время заметно злился.

– Ну так получилось, разрешили увидеть вас, проконсультироваться, – дернулся Шульгин раздраженно. Но зла не было, было ощущение пустоты и ненужности слов. Просто он дал слово Василию, что найдет Техподдержку. Нашел, и что? Глухая стена, как тогда в Техцентре.

И Шульгин сказал, покривившись, будто зная наверняка, что говорит никому не нужное, ну разве что Ваське да ему самому: – Понимаете, Михаил Сергеич, вот Васька Луков ходит ко мне в группу кукольных мастеров, теперь ходит. Ника у него отмечена в единственных родственниках, и он хотел ее увидеть. Как объяснить пацану, что Ника его больше не узнает, подскажите? А может, можно как-то… восстановить… что-нибудь?

Михаил Сергеевич озадаченно вытянулся лицом.

– О как. Что-нибудь восстановить, значит. Будто ухо это, например, или палец!

Щелкнул в тишине чайник, отключившись.

Михаил Сергеевич набрал доставку, заказал сливочное масло, свежий хлеб, сыр. Засыпал и заварил кипятком ароматный рассыпной чай. Действовал он с расстановкой, молча.

– Доставка минут через пять-десять будет, – буркнул он, посмотрел, будто изучающе, на гостя. – Они тут у меня под боком, в соседнем доме обитают. О! Уже…

Звонок в домофон сорвал хозяина с места…

Вскоре он шуршал, разворачивал свертки.

– Значит, говоришь, Васька Луков к тебе ходит… – задумчиво сказал он. – Сейчас будем чай пить! Настоящий, без заменителя вкуса. Чай крепкий, сладкий, хлеб с маслом, настоящим! Сыр. Лимон по вкусу. Отец научил. Говорил, если чувствуешь себя плохо, голова болит – завари чай крепкий, сахару три ложки на стакан. Меньше нельзя, не поможет. Это он говорил, – объяснял Михаил Сергеич. Налил заваренный чай, добавил кипяток в кружки и все посматривал исподлобья.

Улыбнулся вдруг: – Честно говоря, рад я тебе, ведь мои обычные гости – искины. Хорошие они люди, выслушают, подскажут, душевные, в общем, а чаю не пьют! Ну, угощайся!

Робот-нарезчик уже настрогал лесенкой лимон, покрывшийся каплями сока, сыр в мелких дырочках, черный хлеб с семечками, плотный, весь в муке. Михаил Сергеич подумал и с криком «О!» откуда-то из-за спины, с подоконника, выудил вазочку с шоколадными конфетами.

Шульгин хмыкнул.