Рассказы 15. Homo

Солнце садилось в реку, окрашивая ее в красный. Мышь говорила в рюкзаке:

– Ваську надо забирать.

– Попробуй его забери… – отвечал Кубок.

– Она что-нибудь придумает, – сказал Пьеро минуты через две.

Ника подумала, что голос у Кубка заедает, и у Мыши, надо опять менять модуль. Успеть бы зайти к Техподдержке, у него много старых модулей в запасе, у него вообще много всего. Мыши из его запасов достался не сильно подержанный блочок памяти и речи от старого робота-библиотекаря, Кубку – от списанного робота-сторожа, а у Пьеро – самый необычный, от робота-суфлера из студии кукольного театра.

Михаил Сергеевич давно на пенсии, но всегда очень радовался ее приходу:

– Заходи, двести сорок пять икс, вот умница, что пришла, не забыла старика…

Он их всех помнил по именам, но чаще – по номерам… Он поможет.

«Надо спешить», – говорила себе, шагая по обочине, мимо сумрачного перелеска, по мосту. Обрадовалась, увидев рельсы. Станция близко? Отказывали глаза и слух, Ника уже плохо разбирала дорогу.

Вечер наступил или утро? Она шла, присогнувшись, ухватившись за лямки рюкзака, шла и шла. По шпалам. Прочь от города. Давно просвистела к городу последняя электричка. Появился товарняк. Тяжелой глыбой надвигался вместе с ночью. Лес, темнеющий горизонт, махина поезда сливались в одно. Река шумит, гремит на перекате булыганами, ворочает их. Откуда здесь река… Монотонный гул становился все сильнее. Ника успела, дернулась вправо, но чем-то зацепило и поволокло. Пищала в рюкзаке Мышь, бормотал Пьеро, Кубок был против…

Шульгин так и не дождался, побежал обратно к колонии. К воротам пришел уже в темноте. Осенью сумерки наступают быстро. Робот-сторож долго перебрасывался ничего не значащими для Шульгина фразами, пока Шульгин не заорал на него:

– Дежурного давай, говорю, железяка, беда случилась, человек пропал!

Робот впал в молчание. Шульгин стал примериваться к ограде, двинулся вдоль забора, ища какую-нибудь прореху.

Тем временем запись его вопля отправилась к дежурному. Через пятнадцать минут вышел дежурный. Щурясь в темноту, он спросил через прутья ворот:

– Ну чего ты орешь? Не видишь, заведение серьезное? Хочешь, чтобы я наряд вызвал?

Шульгин принялся объяснять, кто он, получалось длинно и путанно. Так всегда бывает, когда спешишь. Позвали наконец Ваську.