Человек из стали. Иосиф Джугашвили

В самом начале Великой Отечественной войны, то есть в наиболее критический отрезок существования нашей державы, он стал одним из его официальных заместителей. Это значит, что Берия практически постоянно находился с ним рядом. Встречи со Сталиным первого секретаря ЦК Компартии Грузии К.Н.Чарквиани были периодическими, но продолжались долго – в течение 14 лет. Самым коротким было свидание с вождём Народного артиста СССР А.А. Васадзе – оно продлилось считанные дни. Но какими же яркими оказались те дни…

Сталинская эпоха отразилась в жизни авторов неодинаково.

Берия, сохранивший преданность Сталину и сталинизму, что бы ни твердили об обратном профессиональные шулеры от истории, не мог не погибнуть после смерти вождя. Он слишком был предан ему и слишком много знал. В этом смысле судьба пощадила двух других авторов. Может быть, потому, что всех верных сталинцев истребить оказалось невозможным…? Остаётся сказать, что общение со Сталиным явилось самым важным, главным в их жизни. Воспоминания, как радостные, так и грустные, бережно хранились в их памяти, пока, спустя долгие годы, не были обнародованы на грузинском языке.

В нашем сборнике они представлены под названиями: «Сталин начинался так», «Правда о Сталине глазами актёра» и «Сто встреч со Сталиным». Автор перевода мемуаров, он же составитель данного сборника, Вилли Гогия даёт в предисловии и комментариях не просто свои рецензии на книгу Берия, на воспоминания Васадзе и Чарквиани, но разнообразную дополнительную информацию, включая предысторию появления этих произведений.

Если книга «К вопросам…» была популярна в сталинское время и худо-бедно известна в послесталинское (пусть как обруганная), то мемуары впервые печатаются на русском языке. Они вносят в картину достаточно хорошо разработанной сталинианы новые, интереснейшие фрагменты, крупные и мелкие подробности, как из жизни Сталина и других деятелей, так из жизни страны в целом. В той или иной степени затронуты сферы политики, экономики, войны, науки, литературы, искусства, быта.

Порой, в самых неожиданных ракурсах.

При этом каждый представленный здесь мемуарист откровенно субъективен. Как считает Вилли Гогия, это есть естественные погрешности данного литературного жанра. В то же время тесный контакт со Сталиным позволил авторам отразить события не в пересказе с чьих-то слов, а в реальном виде, пусть даже претерпевшем личностное преломление.