«Второй войны я не выдержу…» Тайный дневник 1941-1945

12/VI–42

Вернулся Вячеслав[70 - Молотов вернулся после полёта в Англию и США. См. запись от 14 мая 1942 г. и комментарий к ней.]. Коба говорит, было бы другое время, встретили бы как героя из перелета[71 - 12 июня 1942 г. Молотов вернулся из Вашингтона в Москву, перелетев океан с посадками на Ньюфаундленде, в Исландии и Англии, и с пересечением на большой высоте линии фронта уже над нашей территорией.]. Рассказывает интересное. Говорит, Америка, это сила. Говорит, знал, что богатая страна, но такого увидеть не ожидал.

Хорошо живут, нам так не скоро жить.

А так ничего особого не привез. Главное, Второго фронта не будет. Х…ево нам придется. Они там шоколад нормируют, а у нас хлеба не хватает. Ну, нет так нет. Придется самим[72 - См. комментарий ниже.].

Комментарий Сергея Кремлёва

Эту запись в личном дневнике Л.П. Берии я проиллюстрирую записью в служебном дневнике начальника Генерального штаба вермахта генерал-полковника Франца Гальдера о совещании, проведённом Гитлером в Полтаве 3 июля 1942 г.

с 7.00 до 9.00. Гитлер тогда говорил:

«…Вашингтон лишь утешает и заверяет. Никакого действительно второго фронта. Предложение – рассчитывать на 1943 год. Поведение Черчилля – лучшее доказательство.

Отвлекающий маневр на Западе? Сомнительно; очевидно, никаких серьёзных обещаний России не дадут. Скорее предупредят о необходимости сражаться дальше…»

После возвращения Молотова в Москву 12 июня 1942 г. были опубликованы англо-советское и советско-американское коммюнике о результатах переговоров между СССР, Англией и США, где говорилось, что «достигнута полная договорённость в отношении неотложных задач второго фронта в Европе в 1942 г.

». Однако Гитлер, как видим, понимал, что со стороны англосаксов это просто болтовня.

Примерно в это же время Черчилль (естественно – не публично) заявил:

«Обвинения, что мы «готовы сражаться до последнего русского солдата» на меня совершенно не действуют…»

Англосаксы поняли, что Гитлер увяз в России прочно, и теперь начинается война на взаимное истощение Германии и России.

Независимо от исхода этого противостояния (а также – от степени истощения Англии), своекорыстные интересы США можно было считать уже обеспеченными. Америка готовилась прийти в Европу как вершительница её судеб силой уже не оружия, а доллара, напитавшегося кровью и потом европейцев по обе стороны фронта.

Сам же Черчилль всего лишь послушно следовал курсу США, в том числе и потому, что Англия к 1942 г.