На суше и на море. Том 1

«Ведь могли бы ехать в Туркмению вдвоем, было бы гораздо веселее, чем сидеть тебе дома за диктантами», завершил он свои сетования.

ЛИКу возвращаться домой из походов никогда не хотелось, тем более, сейчас, по столь глупому поводу. Но ничего придумать другое мальчики не могли.

Учеба, прежде всего!!!

«Ты уж хорошенько занимайся, чтобы на следующий год лето было свободным», задумчиво произнес АРТ.

ЛИК молчал, ему было стыдно своей патологической безграмотности и зато, что подвел друга. Легли спать поздно ночью, а встали рано.

Весь день шли по знакомой тропе и к вечеру прибыли на заставу, где их уже ждали.

Вернулся с фронта отец АРТа. После устроенного в его честь торжественного обеда, на который была приглашена и семья Каганов, мальчики распрощались. Дядя Коля, высокий, статный и не по летам моложавый мужчина, после долгой и интересной беседы с ЛИКом разрешил ему пользоваться своим кабинетом, даже в отсутствии сына, видя с каким глубоким интересом мальчик вникает в географические «экспонаты» из его собрания книг, карт, атласов, коллекции минералов, и памятуя просьбу АРТа и Мамуси.

Перекуривая с отцом ЛИКа и с его матерью, старший Туманов серьезно произнес:

«Знаете, мои дорогие друзья, а ведь наши мальчики могут стать хорошими натуралистами – исследователями, и нам следует всячески поощрять их стремления».

На лице Елены отразилось глубокое беспокойство, а отец ЛИКа задумчиво улыбнулся.

«Все в руках Господних!», смеясь, произнес он. В устах убежденного атеиста эта библейская истина прозвучала неожиданно и странно.

Весь август ЛИК ежедневно по три часа в день готовился к переэкзаменовке по русскому языку. Е. М. старалась помочь сыну как могла. Было совершенно непонятным, почему легко объясняя свои ошибки, хорошо зная и верно применяя правила грамматики русского языка, он продолжал их делать вновь и вновь. Нужно было найти способ, как помочь сыну. И Е. М. его нашла. Сын легко владел разговорной и литературной русской речью и писал слова по звучанию, а не по правилам написания.

При чтении написанного текста, он не контролировал написание слов, а произносил их вслух и проверял их звучание, совершенно не замечая собственных ошибок написания.

Логическое мышление, ярко выраженное у сына, здесь мешало сосредоточиться на поиске ошибок написания слов, а уводило его к контролю смысла текста изложения или диктанта, который мало зависел от грамматики написания отдельных слов.