Чудаки из Горепукино

Ну, что, Демьяныч, – говорит Тарханыч, – пива холодного хочешь (хотя никакого пива у него не было)? А то, – отвечает Демьяныч, и аж глаза у него загорелись. Так нет уж! – развел руками Тарханыч, засмеялся и пошел накатить по маленькой. Демьяныч расстроился и побрел в ближайшую пивную, где его поджидал верный Аксаныч. Он всегда Демьяныча поддерживал. А Венера всегда над ним смеялась.

ИСТОРИЯ ВТОРАЯ

В Горепукинском сельпо продавалось только «Жигулевское» пиво в баллонах. Демьяныч его очень любил и пил с утра до ночи.

А Тарханыч это пиво терпеть не мог и постоянно советовал Демьянычу попробовать темный «Портер». Но где его взять-то? И вот узнал как-то Тарханыч, что в райцентр завезли несколько ящиков. Он резко выволок Демьяныча из тубзика, где тот сидел постоянно, и не слушая никаких протестов и возражений, отвез его на вокзал на своей колымаге, купил билет, посадил на поезд и велел без двух ящиков не возвращаться. Делать нечего: приехал Демьяныч в райцентр, купил пиво, похмелился и покатил обратно. А надо сказать, что «Портер» ему жутко не понравился – хорошо, в вагоне НАШЕ пиво продавали – как раз на сутки хватило. Доехал, сел на вокзале и стал Тарханыча дожидаться. Что делать, не попрешь же на горбу два ящика, а автобусы в Горепукино сроду не ходили. А тут, как специально, погода испортилась, дождь зарядил как из ведра и песок (а другой почвы там не было) превратился в жидкое месиво – не пройти, не проехать. Долго ждал Демьяныч Тарханыча, да так и не дождался, выпил все пиво в привокзальном буфете – и за «Портер» принялся. А куда деваться, не помирать же от жажды? А Тарханыч только через неделю приехал, когда немного распогодилось и подсохло, и обнаружил Демьяныча, спящего в привокзальном тубзике. Без пива, конечно. Ничего не сказал мудрый Тарханыч, взвалил друга на горб, закинул в колымагу и к себе отвез. Тут как раз банька истопилась. Очнулся Демьяныч, видит: Тарханыч с усмешкой Бармаглота топором поигрывает – и упреждая его вопросы, достал из валенка последнюю бутылку «Портера». Пей, пей – а друга не забывай! Обрадовался Тарханыч, засиял как медный таз в бане, выхватил пузырь и засосал в два глотка. И окаменел. Ну и гадость! – только и сумел он выдохнуть, когда пришел в себя минут через пять. – Прости, Демьяныч, зря я тебя гонял, с меня баня и бочка «Жигулевского»! А пока по тройной накатим! Ничего ему не сказал Демьяныч, только улыбнулся, пожал руку и в глаза посмотрел со значением.