Петр Машеров: падение вверх

В последнем он ее значительно скорректировал, исключив слова «по возвращении из плена»[67 - Антонович С. Петр Машеров. Жизнь. Судьба. Память: исторический роман. Минск: Смэлток, 2018. С. 37, Антонович С. Петр Машеров: документальная повесть. Минск: МП «Весник», 1993. 288 с.]. И тем самым загадывает нам новую загадку: когда же именно Машеров прятался под кроватью у Полины Галановой? Получается, что Полина Андреевна в интервью Славомиру Антоновичу говорила неправду? Сейчас ее уже нет в живых и спросить не у кого. Однако тот факт, что Антонович скорректировал эту мысль, во многом показателен.

Значит, у него возникли сомнения. Подтверждение такому выводу есть в воспоминаниях Геннадия Ланевского, бывшего в годы войны начальником штаба в отряде имени Щорса. Он пишет, что встретил Полину Галанову в тяжелое время[68 - Ланевский Г. А. Указ. соч. С. 14, 18.], которое относит ко второй половине августа 1941 года, то есть после 15-го числа. Иными словами, между датами возвращения Машерова к Полине Галановой в Россоны существует разбежка как минимум в десять дней. А посему Машеров никак не мог прятаться у нее под кроватью в этот период. Кстати, опровергают сведения, приводимые Ланевским, и версию С. Антоновича (которая высказывается в последнем варианте его книги) о том, что военному врачу Полине Галановой удалось спастись от немцев только благодаря своевременному переодеванию. Под военной формой она якобы носила платье в горошек[69 - Антонович С. Петр Машеров. Жизнь. Судьба. Память: исторический роман. Минск: Смэлток, 2018. С. 37.] и вовремя успела от нее избавиться. Ланевский, в свою очередь, пишет, что Полина, неожиданно объявившись днем у них в д. Горбачево, была в военной форме, со следами недавно замытой крови на гимнастерке. Она пояснила, что возвращается из окружения. Все время шла глухими дорогами, избегала шоссе и бойких проселков. Переодевшись в одежду своей подруги, матери Ланевского, Полина на другой день ушла в Россоны[70 - Ланевский Г. А. Указ. соч. С. 18, 19.]. Но это отступление…

Таким образом, версия о тайном возвращении Машерова в Россоны не находит подтверждения.

Вероятнее всего, он просто вернулся в дом к матери. На это указывает в своих воспоминаниях и современник тех событий Владимир Шуцкий: «Через несколько дней Машеров уже был в Россонах, где его со слезами радости встретила мать»[71 - Шуцкий В. Указ. соч. С. 71.]. Собственно, из-за предстоящей встречи с немцами Машерову особо незачем было волноваться: у него было стопроцентное алиби.