Петр Машеров: падение вверх

Чем неслыханнее ложь, тем быстрее и охотнее люди в нее верят, утверждал доктор Геббельс, рейхсминистр гитлеровской пропаганды. Не менее значимой и масштабной была пропаганда советская – пандемический вирус, с завидной легкостью внедрившийся во все сферы жизни, поразивший все слои общества.

Жизнеспособность этого вируса объясняется уникальной комбинацией его «генов» – коммунистические идеи в сочетании с цензурой и насилием. Иначе каким образом за довольно короткое время можно было затуманить сознание миллионов, подчинить волю целого поколения, лишить людей инстинкта самосохранения? Святая вера в вождя, готовность принести свою жизнь и жизнь окружающих на алтарь коммунизма – главные осложнения зараженных этим вирусом.

Вера в партию, вера в Сталина у Машерова, как и у многих его современников, была абсолютной. Гитлеровский рейхсминистр восточных оккупированных территорий Альфред Розенберг отмечал: «В результате 23-летнего господства большевиков население Белоруссии в такой мере заражено большевистским мировоззрением, что для местного самоуправления не имеется ни организационных, ни персональных условий»[96 - Брюханов А.

 И. В штабе партизанского движения. Минск: Беларусь, 1980. С. 47.]. По мнению Розенберга, главная удача большевиков заключалась в успешной пропаганде. Сколько их, не задумываясь сложивших голову за светлые идеалы и за Сталина! И не меньше тех, кто в болезненном бреду фанатично разжигал костер советской «инквизиции». Вирус был беспощаден. Не остался в стороне и наш герой. Но обо всем по порядку…

Итак, Машеров решил уходить в партизаны. Проводы были предельно скромными. Провожали только мать и возлюбленная. Собирался Петр недолго. Мать приготовила ужин. Поели в тишине, попрощались. Слез и причитаний не было.

Петр прекрасно понимал, что своим исчезновением поставит под удар близких, которые остаются в логове зверя. На нем лежало бремя ответственности за родных ему людей, в первую очередь за мать. Раньше она волновалась за него и делала все возможное, чтобы его жизнь была по максимуму комфортной.

Теперь его черед думать о ней. Петр хотел, чтобы мать, как и сестры, отправилась в эвакуацию, пусть даже в голодные степи Казахстана. Ему было бы так спокойнее. Но она не согласилась покинуть родной кров. «А кто же накормит любимого сына», – именно на этом моменте акцентирует наше внимание Ольга Пронько. Забота о младшем сыне – главное для Дарьи Ляховской.