Тропами судьбы

Бидон вывалился из рук матери, молоко мгновенно впиталось в землю.

Парень подскочил к хулиганам и старшего рванул в сторону. Второй влепил ему оплеуху. Пацан, которого избивали, прыгнул в реку и исчез на другом берегу.

Двое мужиков набросились на Леонида. Удары посыпались градом. Парень едва успевал отбиваться. Спасла мать. Пустой бидон опустила на плечи зачинщиков драки. Один из них взвыл:

– Прекрати, Сидоровна.

И Ленька узнал их. Один – дядя Коля Наумов, второй – местный пьяница Иван Караулов.

– За что парня калечили?

– Так уж и калечили! Это воришка из села Бугристое.

– Я вас в милицию сдам, – горячилась мать. – Из-за вас молоко пролили.

– Успокойся. Мы вершили доброе дело. И не стращай милицией. Попомни, больше красть этот гаденыш не станет.

Вечером герои принесли в дом Кабановых ведро молока. Отец выставил на стол бутылку водки. На огонек зашел местный участковый Гурьянов. Узнав, в чем дело, сказал:

– Правильно сделали.

Наступил день отъезда. Документы ребята отослали заранее. Ответ пришел положительный. Вызов был в руках. Радости Леонида не было предела. Он уже в мечтах видел себя в форме штурмана дальнего плавания, моря и океаны – всё у его ног.

Отец и дед Александр снабдили его деньгами, мать перекрестила в дорогу.

Поезд мчал их в Москву. Казанский вокзал встретил шумом, толкотней, десятками буфетов и множеством залов. Парни быстро сориентировались, почти без подсказок добрались на метро до Белорусского вокзала.

Конечно, город их оглушил. Чего стоил ВДНХ! Особенно долго стояли в космическом павильоне, даже дотрагивались до капсулы, на которой летал в космос Юрий Гагарин. Потом любовались красавцем МГУ.

Вечером сели в поезд, покатили на Запад. Калининградский вокзал Леониду не очень пришелся по душе. Половина его разбита со времен войны, помещения маленькие, серые. Не чета Москве.

До училища рукой подать – добрались пешком. Поселили с сотнями других абитуриентов в общежитии. Ленька завистливо поглядывал на курсантов и был уверен, что его примут.

Первым писали диктант по русскому языку. «Плевое дело», – подумал Леонид, и спокойно осилил текст.

На следующий день подошли к доске, где висели списки с оценками абитуриентов. Против фамилий Леонида и Василия красовались двойки.

Домой они возвращались униженными и опустошенными.