Воспоминания

И только в памяти потомков остался этот стенд как символ злой иронии судьбы советского человека» (из книги В. Листенгартена «Моя бакинская семья»).

Борису Моисеевичу впоследствии рассказывали, что Мир-Джафар Багиров (1895–1956), первый секретарь Бакинского городского комитета партии (1933–1950) и первый секретарь ЦК Компартии Азербайджанской ССР (1933–1953), которого называли азербайджанским Берией и азербайджанским Сталиным, сказал «по-сталински»: «Этого не трогать!» Так ему суждено было остаться в живых.

«Разгром бакинской интеллигенции был ужасающий, – вспоминал уроженец Баку писатель Евгений Войскунский. – Тысячи людей – активных работников промышленности и культуры – насильственно выдирались из гущи жизни, выслушивали, обмерев, чудовищные обвинения, исчезали в подвалах серого особняка НКВД на улице Шаумяна. Много лет спустя мне однажды сказал пожилой, пострадавший в те годы человек, знавший бакинского властителя довольно близко:

– Знаете, почему Багиров был такой бешеный? У него была экзема.

Его мучил зуд».

Бориса Моисеевича, как близкого родственника врага народа, сняли с руководящей должности и направили трудиться простым оператором промысла. Но уже в 1938 году его перевели на должность геолога промысла, через два года он стал старшим геологом 11-го промысла треста «Лениннефть», где проработал в течение всей Великой Отечественной войны.

Нефть Азербайджана была в те годы единственным источником горючего в стране, на ней работала вся советская военная (впрочем, и гражданская) техника, и геологи нефтяных промыслов напряженно искали нефтяные пласты, пригодные к эксплуатации.

В первые два года Великой Отечественной войны нефтяники Азербайджана дали стране почти 50 млн тонн нефти (рекордная цифра для тех лет).

В 1946 году Бориса Моисеевича перевели с промысла в руководство треста и назначили начальником геологического отдела.

В тресте Борис Моисеевич возглавил работу по анализу разработки всех нефтеносных пластов месторождения.

Совместно с научными институтами были составлены проекты доразработки пластов.

Борис Моисеевич придавал большое значение применению геофизических методов исследования скважин и пластов, а также новым радиоактивным методам разведки. Он был пионером в области изучения полной радиоактивной характеристики всего разреза Балаханы-Сабунчи-Раманинского месторождения.