Брежнев

На склоне лет Брежнев вспоминал, как, приехав в город, велел сшить себе новенькую форму и сапоги. Когда за ним пришла машина, сказал, что пойдет пешком.

– И я пошел, – горделиво рассказывал Леонид Ильич, – и од-ним глазом следил, пройдет ли мимо хотя бы одна женщина, не посмотрев в мою сторону…

Очередным повышением Брежнев был обязан Кагановичу. В ноябре 1947 года Лазарь Моисеевич перебросил его в Днепропетровскую область, одну из крупнейших на Украине, утвердил первым секретарем обкома и горкома. Туда Брежнев вызвал семью.

Днепропетровск Брежнев застал в столь же бедственном положении, что и Запорожье: шахты затоплены, заводы разрушены, дома сожжены, центр города лежал в руинах. Восстановлением города днепропетровцы в немалой степени обязаны Брежневу.

В июле 1950 года Леонида Ильича вызвали в Москву. Хрущеву было поручено подыскать нового первого секретаря для Молдавии. Он отправил в Кишинев Брежнева. После войны на Молдавию обрушилась жестокая засуха, какой не было полвека. Это привело к массовому голоду.

Партийно-государственный аппарат республики не в состоянии был распорядиться тем, что имел, организовать медицинскую помощь голодающим. Лечили только тех, кто сам мог добраться до сельсовета или больницы. Больных клали прямо на пол. Они заражали друг друга чесоткой, желудочными инфекциями. Вши ползали по больным. Взрослых и детей держали в одном больничном бараке. Взрослые отбирали еду у детей. А двух-трехлетние и не могли есть плохо пропеченный хлеб. Молока им не давали.

По официальным данным, дистрофией переболела пятая часть населения республики – около четырехсот тысяч человек. Точная цифра умерших не установлена, молдавские ученые называют цифру в двести тысяч человек. Были месяцы, когда в день умирали триста-четыреста человек. Зафиксированы десятки случаев людоедства, в основном убивали и ели маленьких детей (все это подробно описано в изданной республиканской Академией наук монографии Б. Г. Бомешко «Засу-ха и голод в Молдавии 1946–1947 гг.

»). В конце концов пришлось организовать сотни бесплатных пунктов питания для тех, кто уже был на грани истощения. Небольшая помощь, поступавшая от союзного правительства, разбазаривалась и раскрадывалась…

Не злой по натуре человек, Брежнев, как и многие чиновники сталинского времени, воспитал в себе умение не замечать страдания и несчастья окружающих. Действовал инстинкт самосохранения: человек искренний и чувствительный работать в аппарате не смог бы.