Династии, кланы и семьи в России. От Ленина до Путина

Руководитель медицинского центра управления делами президента рассказывал журналистам, что Путин предпочитает собственный комплекс гимнастических упражнений, плавает в бассейне, любит ездить верхом. И главное – умеет расслабляться, сбрасывать напряжение, может отключиться и подремать, использует любую свободную минуту для отдыха.

В распоряжении президента все достижения современной медицинской науки. И он явно уважительно относится к ее возможностям, не пренебрегает услугами здравоохранения, не считает зряшной тратой времени необходимую терапию или иную помощь лучших в стране врачей.

Усилиями – собственными и медицины – Владимир Владимирович выглядит все лучше и лучше, что создает надежную основу для его политического долголетия.

И другой урок тоже усвоен. Необходимо окружать себя теми, кто готов преданно служить (и привык язык держать за зубами), потому что отчетливо сознает: при новом хозяине лишится всего.

От Горбачева уходили, хлопнув дверью, с оскорблениями и проклятиями в адрес Михаила Сергеевича.

Ельцинская команда постоянно менялась. Покинувшие Кремль, не стесняясь, открывали самые интимные детали жизни хозяина. Некоторые потом возвращались, и Борис Николаевич на них зла не таил, принимал и ставил на заметные посты.

От Владимира Владимировича не уходят… Несколько человек, с которыми он сам расстался, крайне осторожны в высказываниях. Даже оказавшись в оппозиции и критикуя политические решения Путина, воздерживаются от личных оценок и рассказов о президенте, не предают гласности то, чему были свидетелями в коридорах власти.

«Человек – это стиль» – говорят французы. Продолжая эту мысль, можно сказать, что политик – это его команда.

С приходом нового вождя столоначальников меняют в массовом порядке, потому что сразу же выстраивается очередь за должностями из числа старых знакомых и друзей. Иногда чистка аппарата маскируется под идеологическую, но, как правило, это просто замена чужих начальников на своих ребят.

Аппарат, номенклатура, кланы, правящий класс незаслуженно остаются в тени, потому что все внимание достается первому человеку. Но в нашей стране – во всяком случае, в последнее столетие – аппарат всевластен. Однако же мы мало знаем наш истеблишмент! Лишь иногда приоткроется занавеска и общество видит мир, который разительно отличается от жизни обычных людей. И тут уж речь не о привычных привилегиях правящей элиты.