Ленин

Он заметно удивлен моему появлению, но идет звать Троцкого…

Мы беседуем пять минут в присутствии Крыленко. Как всегда, очень спокойно и трезво Троцкий излагает мне ситуацию, по крайней мере, то, что он считает нужным мне сообщить. Он меня вежливо успокаивает. Ему известно о поражении в Царском Селе. У Керенского было четыре тысячи казаков, несколько артиллерийских подразделений. “25-го наши войска победили без боя. На радостях они решили, что могут теперь вообще отложить оружие в сторону. Вчерашний урок заставит их понять, что необходимо взять его в руки вновь.

На всех участках фронта полки, целые дивизии предлагают сражаться на нашей стороне. Этой ночью продвижение Керенского на Петроград будет приостановлено красногвардейцами, отправленными сегодня вечером. Завтра его остановят артиллерией, которую мы только что получили. Через несколько дней он будет окружен большевистскими войсками, двигающимися с Северного фронта, и принужден сдаться, бежать или погибнуть”».

Прогноз Троцкого оказался точным.

Большевикам удалось остановить корпус Краснова. Казакам тоже не очень хотелось воевать, и они договорились с красногвардейскими отрядами закончить дело полюбовно: они выдают Краснова и Керенского, а большевики – Ленина и Троцкого. Свое обещание красногвардейцы, естественно, не выполнили. Передать большевикам Керенского казаки не сумели, а вот генерал Краснов был арестован.

Павел Дыбенко доставил его в Смольный. С генералом один на один, без охраны, разговаривал Николай Крыленко.

Генерал Краснов обещал не воевать против советской власти, после чего его отпустили. Большевики не хотели ссориться с казачьими частями, которые требовали отпустить популярного генерала. Своего обещания генерал Краснов не выполнил.

В Петрограде взятие власти практически обошлось без крови. Но уже в Москве большевики жестоко подавили сопротивление. Вечером 3 ноября в Смольном обсуждался ход боев за старую столицу, где пролилась кровь, где стреляли по Кремлю. Наиболее чувствительные большевики были шокированы.

Секретарь Совнаркома Николай Петрович Горбунов записал:

«Речь шла о пессимизме некоторых работников, на которых московские события произвели впечатление разрушения всех культурных ценностей (например, слухи о разрушении храма Василия Блаженного).

Помню фразу Ильича: “Что же – революция пройдет мимо них”». Ленин демонстрировал полнейшее присутствие духа. Главное – удержать власть. Вопрос о цене значения не имеет.