Сталин

Обладал завидной памятью, умением быстро схватывать суть дела. Ясно и доходчиво формулировал свои мысли.

Академик Алексей Дмитриевич Сперанский восхищенно писал о Сталине: «Он не боится повторений. Мало того, он ищет их. Они у него на службе. Он, как гвоздем, прибивает к сознанию то, что является формулой поведения». Сталинский стиль узнаешь сразу.

Сталин быстро овладел основными механизмами управления. Он умел много работать, находил толковых исполнителей, которые преданно ему служили.

Преобразил партийный аппарат, превратив его в машину власти. На людей со стороны атмосфера в здании ЦК производила тягостное впечатление. Вот взгляд женщины-художника:

«Первое, что меня поразило в этом учреждении, – поразительная чистота и какая-то молчаливая скупость, если можно так выразиться. Скупость слова, скупость движений, ничего лишнего».

Она призналась Сталину, что была «смущена». Довольный Сталин рассмеялся:

– Небось струсили, испугались?

– Не струсила, а просто бежала сломя голову, так показалось жутко у вас.

– Я очень, очень доволен, – заключил Сталин, – так и надо. Иосиф Виссарионович был щедро наделен качествами, которыми природа обделила других советских руководителей, – решительностью и жестокостью. Только не все это сразу заметили.

В кремлевской квартире поэта Демьяна Бедного, которая была чем-то вроде клуба для высших сановников, Федор Шаляпин впервые увидел Сталина:

«Я не подозревал, конечно, что это – будущий правитель России, «обожаемый» своим окружением.

Но и тогда я почувствовал, что этот человек в некотором смысле особенный. Он говорил мало, с довольно сильным кавказским акцентом. Но все, что он говорил, звучало очень веско – может быть, потому что это было коротко.

– Нужно, чтоб они бросили ломать дурака, а здэлали то, о чем было уже говорэно много раз…

Из его неясных для меня по смыслу, но энергичных по тону фраз я выносил впечатление, что этот человек шутить не будет.

Если нужно, он так же мягко, как мягка его беззвучная поступь лезгина в мягких сапогах, и станцует, и взорвет храм Христа Спасителя, почту или телеграф – что угодно. В жесте, движениях, звуке, глазах – это в нем было. Не то что злодей – такой он родился».

Осенью 1932 года на квартире у Горького писатели встречались со Сталиным и другими руководителями партии. Попросили Сталина вспомнить что-нибудь интересное о Ленине.