Планида Сергея Капустина

Иное дело – Фирсов с Александровым и Рагулиным! Майоров со Старшиновым! Харламов с Михайловым и Петровым! Третьяк! Мальцев! Якушев! Васильев! Фетисов с Крутовым и Макаровым!..

Кто осмелится поставить в этот ряд Капустина, обструкции не подвергнется. Однако ж редко такой «смельчак» найдется. Ну что же за чертовщина такая возникала вокруг Сергея Алексеевича?!

Наблюдалось нечто подобное с кем-нибудь еще? Пожалуй, что и нет. Один такой – Сергей Капустин! Никого рядом.

Воспитанник ухтинского хоккея, хоккея северного – открытого пронизывавшим ветрам и колючим, под минус сорок морозам, старший сын Алексея Ивановича и Анны Максимовны Капустиных был плоть от плоти русским мужиком северного покроя.

Степенный и скромный, доброжелательный и открытый, напрочь лишенный рисовки и выпендрежа, не думающий о том, как он выглядит со стороны. Натура русского мужика родом с «Северов».

«Я такой, какой есть!»

Иным не буду и не стану ни при каких обстоятельствах. Под них, под обстоятельства, подлаживаться не собираюсь.

«Я такой, каким выпустили меня на свет божий мать с отцом!»

Люди толковые, совестливые, работящие. Не давившие советами, указаниями и излишней заботой.

«Я такой, каким вырос в северных широтах среди такого же, как родители, трудового люда, делавшего свое дело на совесть и никогда ни на что не жаловавшегося!»

И на хоккейной вахте ухтинец Сергей Капустин был ровно таким же, как его земляки.

Ему с избытком хватало сил и дарования, чтобы блистательно – звездно! – выглядеть на ледовом овале.

Но он как-то не утруждал себя подобными заботами и хлопотами.

Партнеры по звену и защитники, выходившие вместе с ним; товарищи по родной команде и ее наставники; верные болельщики. Вот о них обо всех заботился, хотел порадовать и, не дай бог, не разочаровать, не подвести. И чтоб мать с отцом не огорчить. И чтоб земляки из Ухты могли гордиться им – «Во наш Серега вчера игру-то выдал на загляденье! Всех за пояс заткнул!»

Сам-то форвард и не помышлял о том, чтобы кого-нибудь превзойти в яркости и эффектности, выделившись на общем фоне.

Это-то, скорее всего, и порождало особое, ни на кого не похожее свечение звезды Сергея Капустина: яркое, но не ослепляющее; ровное такое свечение – напоминающее, быть может, северное сияние, которое было ему ведомо с самого рождения и освещало его путь целых восемнадцать годков вплоть до переезда из Ухты в Москву.