Тайна летящего демона

Увидев штатский комзол, Врубель вмиг выпрямился и поджал губы. Опять кредиторы. Человек в штатском, заметив мастера в саду, прямиком направился в его сторону, по дорогу снимая темно-синего цвета фуражку с лакированным кителем, и вытирая пот со лба от летней жары.

– Михаил Александрович, – то ли спросил, то ли позвал незнакомый молодой человек, невысокого роста, весь в веснушках, а по молодости лет смахивающий на студента. Вот ведь, сколько ж людей работает у кредиторов, что они всегда разных личностей подсылают? Каждому ведь зарплату поди выплати.

– Да, я. Врубель Михаил Александрович, – не сдвинувшись с места, спокойно грустным голосом ответил художник. В ситуациях рисковых Врубель вел себя, как истинный аристократ, и растерянных чувств своих не выдавал, хотя голова кружилась, и хотелось бежать, но ноги не слушались, потому и приходилось соглашаться с природой своей, искренне обнаженной, но ни на какое финансовое дело не способной.

– Я к вам с приятной вестью, Михаил Александрович. Редко такое в дни наши бывает, но бывает ведь. Вы у нас в должниках числились на сегодняшнее число, но пришел некто от благодетеля вашего, большой видно человек и все ваши кредиты с процентами выплатил. Так что ничего вы нам более не должны. За сим откланиваюсь, и желаю вам самого хорошего дня, Михаил Александрович. Вот удостоверяющие бумаги. Всего доброго, – незнакомец одел снятую фуражку, чтобы снять ее снова в знак уважения перед бывшим должником.

Врубель так и остался стоять с конвертом до прихода Потапа.

– Что это с вами, барин? Али весть какая худая, неужели? От кого? – Потап искренне обеспокоившись, нахмурил брови, для достоверности поднеся руку к сердцу, – Вот ведь, ни на минуту вас оставить нельзя, всегда всё откроете кому попало, приглосите, а Настасья Филипповна который раз к нам просится, а вы ей всё «ПозжА».

– Вот что, Потап, – негромко произнес Врубель, всё еще пристально смотря на конверт, – сходить надобно на этот адрес.

– А в спешке есть нужность то? Я вот хотел поразмышлять в саду давеча. Нонча модно это. А особо хорошие мысли буду собирать, да Настасье Филипповне сносить, она скорее всё поймёт, – но, посмотрев на художника, понял, что у того совсем другие планы. Не к месту с утра с серьезным лицом, да еще и скудный обед желает пропустить. Значит, дело важное, конечно ж, идти надобно.