Водяной. Часть 2. Призрак без имени

Многие девушки, получившие от него отказ порой очень громко обсуждали при всех его ориентацию. В них говорила обида и жажда мщения. Это мужчины легко могут смириться с отказом, а вот женщинам тем более женщинам статным, наделенным властью слышать слово «нет» в ответ на свои заманчивые предложения еще не приходилось.

Да еще от кого! От какого-то там жалкого, несчастного «врачишки» живущего особняком на свою скромную зарплату и бесплатно пишущего статейки о своих исследованиях в журналы. Может быть, его опыты и были полезны для человечества, ему же судя по всему, никакой пользы не приносили.

Все что нельзя измерить деньгами для этих дамочек не имело никакого значения. Даже известность и ту можно оценить и измерить в денежном эквиваленте. Это реклама, это бренд, это стиль.

А бренд, который вовсе не желает рекламироваться, не больно-то им и нужен. Можно только гадать с какими чувствами врач выходил на эту операцию, ведь его со всех сторон третировали и унижали за одну только мысль о помощи Водяному.

Газеты, телевидение, прохожие на улице. Особенно упорствовали родители погибших ребят. Они писали петиции руководству, устраивали демонстрации с гневными плакатами на пороге больницы.

Их всех можно было понять, но Курт заявил во всеуслышание, что давал знаменитую врачебную клятву. Он не пойдет на уступки по прихоти напуганных горожан и не даст умереть этому человеку, каким бы он не был и какие бы зверства не совершил. Он не станет уподобляться зверю и продолжит жить по законам людей.

А по закону этого человека следовало судить за все преступления.

Но чтобы он дожил до суда, пришлось провести операцию после успешности, которой уровень популярности известного врача Курта Денсена резко стал равен нулю и больше не вызывал у окружающих ничего кроме неприязни. Его перестали приглашать на медицинские форумы, журналы больше не издавали статей. Но казалось, искусному хирургу было на все это наплевать.

В его дом бросали камни, почтовый ящик облили бензином и подожгли, а на пороге чуть ли не каждый день красовалась новая оскорбительная запись намалеванная баллончиком с краской.

«Здесь живет спаситель убийц», «Хирург для маньяков», «Он нас убивает, а мы его лечим», – гласили заголовки газет, рьяно подливая масла в огонь.

В какой-то момент окружной шериф стал опасаться за жизнь одного из лучших врачей, приставив к нему охрану. Что, конечно же, было воспринято разгневанной толпой с еще большим недовольством.