Водяной. Часть 2. Призрак без имени

К тому же изредка эти наглые куклы напоминали о себе кукловоду. Но девушка постоянно отстранялась строя из себя неприступную крепость, уходя от них под разными предлогами.

Не смотря на всю свою напыщенность и надменность, Кларисса все же в глубине души понимала, что однажды и ей придется сделать свой выбор. Но кого из них выбрать сына префекта или внука казначея, что был на три года моложе ее, или быть может младшую дочь окружного шерифа, даже такие варианты гуляли в ее извращенном сознании.

Молодые врачи-практиканты, что постоянно как будто случайно сталкивались с ней в коридорах больницы, статный, хорошо сложенный, но уже женатый и счастливый главврач, пускающий на нее при встрече сальные взгляды.

Старики ухажеры, водившие ее в рестораны, даже кое-кто из богатеньких пациентов. Каждый из них хотел откусить свой кусочек от Клариссы Вермейн, но никто из них по-настоящему не был ее достоин.

Все они лишь похотливые скунсы, маленькие собачки готовые прильнуть к ее ноге и не отпускать пока не закончат свое грязное дело.

Слюнтяи и маменькины сынки за деньги получающие все и всех. Уж лучше умереть, чем жить по их правилам. Она ненавидела их так же сильно, как и нуждалась. Даже сама мысль о привязанности к подобному существу вызывала у девушки отвращение.

Единственное чего хотела Кларисса это завладеть ими, возбудить желание, надавить, унизить, растоптать в пыль самооценку этих напыщенных самцов-дикарей в дорогих, стильных костюмах, растереть в порошок все их достоинства, показать, что эти зеленые бумажки не властны над ней и спокойно уйти, получив все желаемое.

Она даже и подумать не могла что в подобном бардаке, среди разгульных вечеринок, разрухи и хаоса, ежедневно окружавших ее найдется достойный. Один единственный, особенный человек, притягивающий к себе внимание тысяч взглядов местных жителей. Не похожий на других, всю свою жизнь испытывающий страдания и желающий вырваться из этого кошмара домов, машин и огней. Только у него хватит сил сопротивляться этому жестокому миру, и он непременно должен взять ее с собой.

* * *

Весна в Лавелси представляет собой промерзлое, гадкое, грязное время года. Совсем не похожее на тот романтический бред, которым обычно нас пичкают художники и поэты. Нет ярких солнечных лучей с трудом пробивающих себе дорогу сквозь серую пелену облаков, не слышно пения птиц возвращающихся из теплых стран, на деревьях не видно набухающих почек и нет звуков капели.