Тверской бульвар

Шаликов…»

Известный московский журналист и литератор грузинский князь Петр Иванович Шаликов завидно долго, 23 года, редактировал старейшую газету «Московские ведомости», параллельно с этим издавал популярный не только у женщин «Дамский журнал» и другие издания. Сочинял сентиментальные стихи, путевые очерки, написал воспоминания «Историческое известие о пребывании в Москве французов в 1812 году».

У Тверского бульвара в сохранившемся доме в конце Большой Дмитровки на углу с Леонтьевским переулком помещалась редакция и квартира редактора под одной крышей дома, куда наведывались многие авторы, бывшие с князем в добрых отношениях, что не мешало им посвящать ему нелицеприятные эпиграммы.

Петр Вяземский называл Шаликова за неисправимый сентиментализм, вышедший из моды, «Вздыхаловым».

С собачкой, с посохом, с лорнеткой,

С миртовою от мошек веткой,

На шее с розовым платком,

В кармане с парой мадригалов

И с чуть звенящим кошельком,

По свету белому Вздыхалов

Пустился странствовать пешком.

«Странствовать пешком» князю приходилось по бедности: нуждаясь и даже голодая, он не служил, занимался беззаветно литературой. В сентябре 1812 года не смог нанять подводу и остался в горящем городе. В первом издании «Разговора книгопродавца с поэтом» Пушкин, не желая воспевать «женские сердца», ответил «Книгопродавцу»:

Пускай их Шаликов поет,

Любезный баловень природы.

В письме Вяземскому назвал эти слова «мадригалом кн.

Шаликову» и заметил: «Он милый поэт, человек достойный уважения… и надеюсь, что искренняя и полная похвала с моей стороны не будет ему неприятна». Все это не помешало Пушкину в соавторстве с Боратынским наградить князя едкой эпиграммой:

Князь Шаликов, газетчик наш печальный,

Элегию семье своей читал,

А казачок огарок свечки сальной

В руках со трепетом держал.

– Вот, вот с кого пример берите, дуры!

Он дочерям в восторге закричал.

– Откройся мне, о, милый сын натуры,

Ах! что слезой твой осеребрило взор?

А тот ему в ответ: «Мне хочется на двор».

Восьмой фаворит Екатерины II и другие истории Тверского бульвара

Если бы на Тверском бульваре трехэтажный особняк Кологривовых не снесли, то он бы имел номер 22. По обеим сторонам Художественного театра, построенного на его месте, сохранилась линия зданий старой Москвы.