Ведьмак Гера

Он вышел на улицу, поеживаясь от ночной прохлады. В доме, который занял Григорий, горел свет.

«Зайти к нему что ли, предупредить? А, ладно, обойдётся…» – подумал Герасим, шагая мимо деревянных избушек.

В ночной темноте брошенная деревня выглядела куда более таинственной и зловещей, нежели днём, возможно, потому что из неё исчезли малейшие признаки жизни, которые можно было увидеть при свете солнца. Впрочем, ведьмака ночная инфернальщина нисколечки не беспокоила – ему доводилось видеть и гораздо более жуткие вещи, например, грайверов, заживо поедающих коммуну бомжей, которых чёрт угораздил поселиться рядом с городской свалкой.

Впрочем, это уже совсем другая история…

Герасим быстро шагал к имению графа Жокина, намереваясь поскорее разделаться с монстрами и нечистью, которые мешали Смирнову построить ещё одну резиденцию. Стоя у ворот, вернее, у проёма, в котором эти самые ворота когда-то наверняка были, он выпил ласточку, потом на всякий случай глотнул кошки.

Почувствовав тяжесть во всём теле из-за резко подскочившей токсичности, ведьмак не стал пить Филина. Да и ради чего перегружать организм? У озера скачет кучка утопцев, на развалинах двухэтажного дома фосфоресцируют призраки и, собственно, всё…

«Да тут и делать-то особо нечего! Делов на полчаса…», – подумал Герасим, убирая склянку кошки за пояс.

Ведьмак приближался к стайке утопцев, которые бесцельно шатались по берегу озера. Завидев идущего к ним человека, толпа оживилась, предвкушая знатный «обед», который почему-то не убегал в страхе, а шагал прямо на них чуть ли не с гордо поднятой головой.

Подойдя ближе, Герасим заметил и вожака, который был значительно крупнее остальных тварей.

«Плавун» – подумал он и громко крикнул:

– Сюда, уродцы!

Пятеро утопцев бросились к ведьмаку, шестой – плавун, побежал следом. Пусть вожак «уродцев» не был самым быстрым из них, но обладал гораздо большей силой и представлял серьёзную угрозу для неподготовленного человека.

Впрочем, стайка утопцев тоже стала бы для него той ещё проблемой… но не для ведьмака!

Герасим сделал знак игни и сжег двоих утопцев еще до того, как те успели понять, что происходит и кто здесь на самом деле «обед». Ещё трое бросились на него, собираясь разорвать в клочья, вцепившись острыми зубами! Герасим мгновенно уклонился от скрюченных пальцев и отскочил, избегая попыток живых мертвецов ухватить живую плоть.