Ведьмак Гера

Он быстро убрал пистолет за пояс и крикнул:

– Давай падальщик! Иди сюда!

Ведьмак почувствовал достаточно сил и снова сделал знак квен. Чудовище прыгнуло на него и мгновенно уничтожило магическую защиту увесистым ударом. В этот самый момент ведьмак вонзил серебряный кинжал в горящий глаз чудовища!

– Вот тебе, сволочь! – злобно прорычал Герасим, вонзая оружие так глубоко, как только мог.

Грайвер громко выдохнул, ослабил хватку и, сделав шаг назад, грузно рухнул на землю.

Ведьмак плюнул на огромную мускулистую тушу. Его рана перестала кровоточить, силы потихоньку восстанавливались.

Герасим перезарядил пистолет и извлёк серебряный кинжал из головы поверженного монстра. Теперь ему оставалось только разобраться с призраками в доме графа Жокина.

Вытерев кинжал о траву, Герасим не стал его убирать – зачем, ведь оружие понадобится прямо сейчас. На самом деле стрелять в призраков из пистолета – занятие весьма неблагодарное.

Гораздо проще разобраться с ними по старинке, вооружившись серебряным ведьмачьим мечом или кинжалом. Тем не менее, Герасим перезарядил пистолет, который всё же был основным оружием, позволяющим дать весьма достойный отпор любой нечисти.

Приближаясь к графскому дому, ведьмак насчитал с десяток призраков, которых легко было бы обнаружить и в полной темноте благодаря мерцанию эктоплазмы.

Судя по яркости свечения, они накапливали её много десятилетий подряд.

– Эй, демоны! – крикнул Герасим. – Вылезайте! Думаете, я буду за вами скакать по развалинам? Ну уж дудки!

Наконец призраки обратили на него внимание – одни вылетели через пустые оконные проёмы, другие просочились сквозь стены, завывая и протягивая руки к добыче, которая ведет себя совершенно неподобающим образом и, похоже, ни капельки не боится! Между тем два-три призрака могут запросто высосать душу любого человека, который даже не сможет дать отпор, будучи напуганными, пардон, до обосанных подштанников.

Ведьмак сделал знак игни, потом ещё – пара волн огня смели четверых призраков, от которых остались лишь кучки зеленоватой пыли, светившейся в темноте словно фосфор. Остальные пятеро продолжали наступать, собираясь убить наглеца, посмевшего нарушить их покой.