Люцифер и семеро козлов

– А тебе зачем? – спросил Никитос, глотнув из своей бутылки.

– Это уж моё дело.

Сеня сходил в прихожую, нашёл на вешалке куртку, достал контракты, ручку и ввернулся обратно в комнату. Офигевшие продавцы внимательно разглядывали договора купли-продажи, исписанные рунами, пентаграммами и странными символами. Разумеется, ни один из них не смог прочитать сатанинскую писанину – проще расшифровать рецепт участкового терапевта, который выписал то ли парацетамол трижды в день, то ли цианистый калий на один раз, зато наверняка и с гарантией.

– Давайте ваши желания, – проговорил Сеня, плюхнувшись на диван.

– Желания, говоришь… – Никитос помедлил. – Хочу еще одну такую! – он тихонько щелкнул пальцем по бутылке, отозвавшейся звонким «дзынь».

– И мне! – Сега закивал. – Такую же хочу! А то вдруг первая разобьётся!

Никитос, улыбаясь, кивнул, глядя на Сегу – как гласит древневавилонская мудрость, умные люди мыслят одинаково. Хотя, тут актуальнее была бы старая добрая пословица, утверждающая, что у дураков мысли сходятся.

Очевидно, наши предки и вавилоняне имели в виду одно и то же, правда, строители самой высокой башни предпочитали мягкую вежливость острой правде, которая, как известно, режет глаза, а посему безапелляционно идет на хрен.

Сеня мысленно представил ещё пару бутылок на столе. Снова в его голове раздался громкий звон, нестерпимо громкий! И… ничего не изменилось. На столе по-прежнему стояла пара бутылок, а оба пьяницы подобострастно смотрели на исполнителя желаний, ожидая новое чудо.

Сеня моргнул… и тут на столе появились новые пузыри.

«Синяки» захлопали в ладоши, радостно матюгаясь. «Исполнитель желаний» раскланялся.

– Сеня, ты – Сатана, да? – осторожно спросил Сега, прикладываясь к своей второй бутылке.

– Не, я, скажем так, его торговый представитель.

– Как это?

– Долго объяснять…

Души пьяниц совершенно не интересовали в отличие от бутылок, в которых никогда не кончалось сорокаградусное «топливо».

Оба подписали контракты, сверкнувшие красным светом в тот момент, когда на них появились автографы продавцов. Завершив сделку, Никитос решил обмыть продажу собственной души, чокнувшись со своим отражением в зеркале, а Сега побежал наполнять ванну горькой, желая почувствовать себя аристократом, купающимся в шампанском. Конечно, водка будет покрепче, ну так и наши мужики не пальцем деланы! А Сеня, пошатываясь, поскорее убрался из убогой квартиры.