Сыны Ардалиона. Креация тропы

Видя что его шепот не действует, Гальтен начал трясти Ульгаэля за плечи.

– Вставай писарь! – рявкнул он. – Хватит тут лежать. Я что до ночи буду с тобой возиться?

Крик Гальтена живо привел в чувство Ульгаэля и он, открыв глаза, удивленно смотрел то на меня, то на него.

– Ну, вот и хорошо, – уже теплее сказал Гальтен и подал руку Ульгаэлю. – Вставай; уже темнеть начинает.

И действительно стало немного прохладней и темней. Алое солнце почти скрылось за деревьями, даря нам остатки своего тепла. Не знаю, какая тут ночью температура, но то что мне было уже не жарко, это точно.

Я немного поежился и посмотрел на встающего парня.

Отпустив руку Гальтена, он недоверчиво глянул на меня. Что-то бормоча он тряхнулся и полез в траву искать свой меч.

– Пойдем, – махнул мне рукой Гальтен и вошел в лес. – Мы здесь рядом остановились.

Гальтен шел первым, за ним я, а в хвосте плелся Уль. Он присоединился не сразу, поэтому отставал на несколько шагов. Я один раз оглянулся и увидел мрачное лицо и взгляд которым он сверлил мне спину.

Чем я его разозлил, я так и не понял. Надо будет спросить у Гальтена, пока не поздно.

Лес, действительно, был лиственный. Хотя и состоял из незнакомых деревьев и травы с кустарниками под ногами. Приземистые ветвистые стволы соседствовали с высокими и прямыми, как столбы, деревьями.

Полностью зеленый, длинный гладкий ствол, без единой веточки, венчала крона из листьев синего цвета. А низкие деревья, в два человеческих роста, больше всего напоминали дубы.

Форма листьев похожа, но больше и отливает тоже синим цветом. А его кора, просто что-то невообразимое. Красный, с черными опоясывающими полосами, ствол. Словно тигр, вставший на задние лапы и вросший в землю. Ветви длинные, как и корни, об которые я постоянно запинался, и витые, как девичьи косы. То и дело приходилось постоянно пригибаться и беречь глаза. А вот кусты и густая трава были абсолютно нормальными – зелеными и колючими.

Шли мы, буквально, минут пять по этому леску. За это время я успел понять, что ни когда в жизни таких деревьях не видел и ничего о них не слышал.

Все эти мои выводы сливались в один большей вопрос: «Где я?»

Придумать, что ответить, я не успел. Увернувшись от очередной ветки, я вышел на поляну раза в три больше той, с которой мы пришли. Но это было не единственное ее отличие. Она была более вытянутой и полностью окружена деревьями. На одном ее краю плясал трескучий костер, а рядом с ним лежало два бревна тигровых деревьев.