«Голос жизни моей…» Памяти Евгения Дубнова. Статьи о творчестве Е. Дубнова. Воспоминания друзей. Проза и поэзия

Это место, где история своего народа происходит, – и в современности, и в давние времена. И с этими временами, с их героями поэт тоже накоротке, как со стариком, поющим на автобусной станции. Как со Страной Израиля, которая, какой бы ни была, его Дом.

В исступленных камнях Иудеи потрескался зной.

В Средиземное море упал, все различия стер…

    («Ты не встретишь меня…»

Он шел в Египет. Бог настиг в пути…

    (Хамсин)

Он так сказал: «Покоя я хочу.

Народа, Богом преданного, я ли

Предатель?.

.

    (Иосиф Флавий)

И все-таки в конце жизни поэт (а поэзия Евгения Дубнова – это прежде всего философская поэзия) возвращается и к изначальному своему дому, оставшемуся в памяти, и, главное, – к Дому небесному.

Смотри же: нет ни улицы, ни дома,

Остался только этот самый стык

Земли и неба, заново знакомый,

К себе зовущий властно, как язык.

    («Там, справа, дом последний самый…»)

Поэт, многое видевший на своем пути, в конце концов ясно понимает, что его странничество – во времени, в пространстве – есть еще и странствие души, которая приходит к «милому пределу» – к Небу.

Так ясно это видно в кратких, прозрачных, с горечью, строках поэта.

Поскользнувшись, как на льду, на листьях,

Мы с тобой сумеем удержать

Равновесье – лишь рябины кисти

Будут на сыром ветру дрожать.

Видно, время года нас тревожит,

В землях странствий мучит переход

От озноба троп к дорожной дрожи,

Горизонта жизни – в небосвод.

    («Под дождем плакучей ивы пряди…»)

Печально, что поэт Евгений Дубнов ушел от нас рано.

Поэты – такие же люди, как все, они радуются, печалятся, странствуют, болеют. И умирают, как все. Но поэзия, если это настоящий поэт, поэзия – живет.

    Иерусалим, март 2020

Лея Гринберг-Дубнова. «Друг мой далекий, вспомни обо мне…»[2 - Цитата из стихотворения Евгения Дубнова «Смотри, как свечка оплывает…» Статья была опубликована в сетевом журнале «Заметки по еврейской истории» № 5-6 (223) за май-июнь 2020 г.

]

Но в жизни есть такая глубина,

Что разуму живущих недоступна,

Лишь иногда знать о себе она

Дает внезапно листьев дрожью крупной,

Нависшим небом, океаном сна,

Суровым ветром, о лицо истертым,

Полетом птиц… Есть в жизни глубина.

Ее понять дано, быть может, мертвым.

Быть может, только сейчас, когда он так далеко от нас, ему откроется тайна той глубины, которую он искал, суть подаренной жизни, красоту и боль которой он чувствовал.