Два брата: век опричнины

– Что теперь делать? – удивленно спросил Путята.

Никита Федорович какое-то время молча глядел обезумевшими глазами на дом, не оборачиваясь, приказал:

– Поджигай, мне доносчики не нужны.

Александр усмехнулся, но так, словно желал заплакать, Петр кашлянул в кулак, но ничего не сказал, и только один «медведь» довольно присвистнул и с помощью огнива выжжег искру. Маленькое пламя разом метнулась по деревянным ступеням крыльца вверх, захватывая все больше и больше пространства. Затрещали бревна, из дома донеслись истошенные крики.

Мужчины отбежали в стороны, дабы пламя не жгло их лица. На руках Александра заплакал младенец и задергался всем телом. Молодой человек на ухо прокричал Никите Федоровичу:

– Отец, возьми крикуна, сил больше нету!

– Погодь, сыне, не сейчас, – махнул на него рукой князь.

Разбушевавшееся пламя, подхватываемое ветром, рвануло вверх, со второго этажа посыпались осколки выбиваемых стекол, затем в раме показалась несчастная вдова. Размахивая руками, она кричала:

– Люди, помогите! Горим!

Ее трое детей – две девочки и мальчик, громко заплакали, умоляя ее сделать хоть что-то.

Черный дым ворвался в комнату и обдал несчастных зловонным запахом. Женщина, не долго думая, схватила в руки самую младшую дочерку и кинула ее вниз. Девочка, пролетая, сильно стукнулась головой о бревенчатую балку и упала за земь уже мертвой, из ее разбитого лба струйкой стекла алая кровь, зловеще блестевшая на солнце. За ней спрыгнули вниз брат и сестра, но и их постигла несчастная участь – они упали прямо на горящие доски.

Постепенно огонь окутал весь дом, обломки кровли начали разлетаться во все стороны. Стены покосились и дом рухнул под тяжестью бревен, похоронив под собой четыре обугленных тела. Черный зловонный дым поднялся ввысь, улетая все дальше и дальше к небу. Идущий по извилистой деревенской тропе крестьянин ссо своей бабой увидел вдалеке черный столб. Поначалу он решил, что это горит лес, но приглядевшись, он увидел, что дым поднимается на голом холме, на котором виднелось что-то наподобие забора.

Крестьянка неистово перекрестилась и проговорила:

– Господи, да что же там случилось?

– Надо бы мужиков крикнуть да разобраться во всем, – ответил ей муж и ринулся к стоящий на окраине покосившимся домишкам.

Черный дым забился в рот и уши. Пятеро мужчин, прикрывая лицо от черной копоти, вышли за ворота, не желая более лицезреть страшное погребение.