Мятеж рогоносцев

Я просила ее дать мне средство, что помогает для зачатия, только она отказалась, сказала, вмешиваться не будет, и пусть все случится по воле божьей. А уж Фиона, когда заупрямится, ее с места не сдвинешь.

А как у Жака родился сын, так Педро и вовсе покой потерял. Каждый день спрашивал о моем здоровье. Мы даже ребенка к себе взяли, говорят ведь, что если в доме ребенок, хозяйка и сама скорее понесет.

На второй год нашей женитьбы Педро смирился и сказал, что, если за все его тяжкие прегрешения Господь не дал ему продолжить род, то он увековечит свое имя богоугодным делом, выстроив большую, красивую церковь.

Эта стройка его и доконала. Он так рьяно взялся за дело, что дома почти перестал бывать. Все искал камень получше, плиты побольше, лично ездил нанимать самых искусных резчиков, заказывать статуи для фасада.

В дороге он простудился. Побыл малость дома, отваров попил и опять отправился смотреть, как идет строительство. А зимой, после такой поездки, Педро слег. Мы с Фионой лечили его, как могли.

Потом приехали дон Алонсо с доном Диего и привезли лекаря. Ясное дело, мне они не доверяли, хотели проверить, не пытаюсь ли я отправить супруга на тот свет. Лекарь попался толковый, в травах разбирался, они с Фионой понимали друг друга с полуслова. Он подтвердил, что Педро нежилец.

Педро и сам скоро это понял. Позвал к себе племянников и о чем-то с ними говорил. Вышли они оба задумчивые. Фиона мне тогда сказала, оставят они меня без наследства, как пить дать. Ну да я молчала, потому что Педро сказал, что позаботится обо мне, да и те двое после разговора не очень-то и обрадовались.

Приехали попрощаться с Педро старый граф Вильруа и графиня д'Андуэн с внуком. Педро уходил в иной мир со смирением, по-христиански, молился и исповедался, падре Игнасио не отпускал от себя ни на минуту.

Так я и стала во второй раз вдовой. Девятнадцати лет.

Глава 2

Сразу после смерти Педро, подошел ко мне дон Диего. Начал он с того, что покойный Педро, заботясь о моей судьбе, просил одного из них жениться на мне, чтобы наши потомки носили фамилию Альтамира и стали его наследниками.

Педро хотел обеспечить будущее, и мое, и своих племянников, один из которых получил бы родовое графство Эль Горра, а другой стал бы графом Альтамира. Поскольку дон Алонсо сразу отказался, выбор пал на него, дона Диего. Он и раньше питал ко мне нежные чувства, но, не желая оскорбить моего супруга и своего дядю, хранил молчание.