О жизни мигрантов

 – Другое что-нибудь приготовить не смогли? Каждый день одно и то же, картошка на воде! От чёрного хлеба у меня изжога!

– Не жалуйтесь, папа, – устало отвечает Нургуль. – Что есть, то есть. Вот если бы вы не пропивали свою пенсию, мы могли бы немного мяса покупать и чай с сахаром пить.

– А ты мою пенсию не трогай! – злится он на дочь. – Как не пить от такой еды, от такой жизни? Тут любой сопьётся! Я больной человек! От криков этих детей голова болит день и ночь! Как мне не пить-то, а?

– Эти дети – ваши внуки, папа.

Кровные. Все дети шумят, когда играют. Что им делать-то ещё?

– Пусть их забирают родители! Я мало страдал, что ли? Я вас вырастил, мне никто не помогал! На старости лет кормите меня едой, которую даже собака уличная не станет жрать! Дети выросли неудачниками! Теперь на пенсию мою претендуют! Вот вам, а не пенсия! – кричит он на Нургуль, показывая кулак.

Налив отцу чая, Нургуль уходит в другую комнату, поесть вместе с детьми.

Она давно привыкла к ору отца. «Как можно так ненавидеть детей?» – думает она иногда, видя, как тот кричит на них и бьёт их палкой.

Поэтому она и не может уехать строить свою жизнь: боится за племянников.

За два года, что дети здесь, Нургуль полюбила их как своих. Правда, она часто их ругает, но это не со зла. От усталости и от бессилия перед бедностью. Она злится на сестёр и братьев, уехавших на заработки, на отца, который пьёт не просыхая и может часами валяться на улице возле какого-нибудь комка.

Когда приходят соседские дети, чтобы сказать, что их отец, пьяный в хлам, лежит на обочине дороги, Нургуль не знает, куда себя деть от стыда. Забирая отца на тележке, она видит, как на них все таращатся.

– Дети, вы же знаете, да, что я вас люблю? – спрашивает она у них перед сном, укрывая одеялом.

– Да, тётя, и мы вас любим! – хором отвечают дети.

И Нургуль становится легче. Она боится, что они могут её возненавидеть за крики. Много раз она пыталась сдержаться, но, увы, в минуты отчаяния слова, режущие душу, сами слетают с языка.

– Расскажи нам сказку, тётя, – просят дети. – Про волка и конфеты.

– Хорошо, – соглашается Нургуль и ложится между ними, чтобы всем было слышно.

Давным-давно жила-была девочка, которая очень любила конфеты.