Желанный царь

II

Родственники московским государям по бабке великого князя Ивана III, Марье Голтяевой-Кошкиной и, сверх того, по отцу приходясь родными племянниками первой супруге Иоанна Грозного, Анастасии Романовне, из рода Захарьиных-Романовых-Юрьевых, бояре Романовы считались по роду своему, знатности, положению и богатству едва ли не первыми вельможами на Москве.

Род бояр Романовых происходил от Андрея Кобылы, известного московского боярина времен Симеона Гордого. Из ближайших потомков этого Андрея Кобылы особенно возвысился один из внуков его, Иван Феодорович Кошкин, любимец и ближний человек Московского великого князя Василия I.

Сын его Захарий положил начало целому роду. Потомки его получили фамилию Захарьиных-Юрьевых. Два сына Захария были при дворе великого князя Василия III: старший, Михаил, одним из его самых приближенных бояр, младший, Роман, – окольничим. Великий князь и царь всея Руси, Иоанн IV Васильевич (Грозный) был женат на дочери этого окольничего Романа Юрьевича, Анастасии. И весь род Романа Юрьевича со времени Иоанна IV стал называться Романовы-Захарьины-Юрьевы или просто Романовы.

Брат царицы Анастасии Романовны, Никита Романович, состоя в ближних боярах, пользовался особенным уважением и любовью Грозного царя. Родственная связь с царским родом и добрая слава, которую завоевали себе как сама царица Анастасия, отличавшаяся добрым нравом и голубиной кротостью, так и брат ее Никита Романович, не раз отводивший гнев царя в страшную минуту и умевший хорошо влиять на горячий и крутой нрав молодого еще Иоанна Грозного, создали особенный ореол народной любви и преданности всему Романовскому роду.

Недаром в народных песнях и былинах отводится почетное место Никите Романовичу за его добрые дела и заступничество за опальных перед царем.

После смерти Анастасии Романовны, брат ее не перестал быть ближним к царю лицом, хотя и не принадлежал к числу царевых любимцев – опричников. Как велико было доверие Иоанна к Никите Романовичу, видно из того, что, умирая, Грозный царь назначил опекуном своему сыну, слабоумному, неспособному в делах правления Феодору-царю, того же Никиту Романовича.

Но царский шурин немногим пережил своего владыку. Разбитый параличом, Никита Романович на смертном одре заклинал входившего тогда в силу боярина Бориса Годунова беречь оставшихся после него сыновей, Никитичей, как их прозывали тогда в Москве. Их было пятеро молодых богатырей-красавцев: Феодор, Александр, Иван, Василий и Михаил.