Дар Евы

Проводив сестру взглядом из окна, Ева перекинула щеколду на двери, закрываясь от внешнего мира. На диване мирно сопела матушка, вымотанная целым днём, проведённым в порту. У неё не было сил уходить в сады на работу, и дочери это прекрасно понимали. Ева аккуратно уложила Анну, накрывая лёгким пледом: холодная зона дождей осталась позади. Из промозглого, беспокойного и полного водоворотов Бушующего Агнес выплыла пару дней назад, входя в тёплую зону цветения. Теперь они рассекали спокойное Волнистое – море, ещё не такое тёплое, но уже прогреваемое палящим солнцем, с редкими облаками на голубом небе.

Такие же тёплые слёзы текли по щекам Евы. Собственное бессилие накатило усталостью, и она, нежно поцеловав матушку в щеку, решила подняться на мансарду – единственную на всём их острове.

Бедняки не строили дома. Годами засыхающая глея образует горы и холмы, в которых люди пробивают двери, окна, облагораживая естественные пещеры. С каждым годом все дома немного подрастали после линьки острова, но больше всего росло именно центральное здание, где слизь сходила хуже всего.

Дом Семьи Эмер был единственным трёхэтажным строением в округе. Третий этаж отец достраивал дополнительно с мастерами-строителями, заказанными с большого острова, специально для своих товаров, забивая ими всю мансарду под завязку. После его гибели осталось много вещей, которые Семья Эмер постепенно продавала, чтобы выжить.

Поднявшись наверх, слёзы Евы полились с новой силой. Сейчас мансарда была девственно чистой.

Уже две зоны прошло, как закончились товары отца.

Во все четыре стороны смотрели панорамные окна. Раньше они были узкими, и Ева с Изабель постоянно ссорились из-за того, чья очередь смотреть на закат, рассвет, появление кракена или большого корабля. Крики и слёзы были постоянными жителями мансарды, пока однажды, после особо длительного плаванья, отец не вернулся со строителем с крупного соседнего острова Аннабель. Мастер расширил окна и вставил прочные, почти не пачкающиеся стёкла, которые в лучах заходящего солнца переливались всеми цветами радуги.

Последний писк моды и огромная дыра в бюджете семьи стоили мирной жизни между сёстрами.

До заката оставалось уже не так много времени, и Ева присела на подоконник, подобрав под себя ноги и положив на колени голову. Она выбрала окно, из которого отлично просматривалась подходная дорожка, так что она сразу увидит, если кто-то будет приближаться к дому.