Дар Евы

Совершенно не реагируя на слова дочери, она безучастно развернулась, отпустив дверную ручку и снова села на диван, пустым взглядом уставившись на погасший камин. Застыла, как статуя, совсем забыв о дочери.

Еву разрывало на части. С одной стороны она хотела убежать обратно в мансарду, чтобы ещё посмотреть на чудесный корабль, а с другой – не могла оставить матушку, чью бедную душу разбередила она сама неаккуратными словами.

Вдалеке прозвучал грохот пушки – корабль пришвартовался. А Ева подошла к матери и села рядом, обняв её за плечи.

В конце концов она уже увидела корабль, а о большем Ева не могла и мечтать. Скоро он уплывёт, оставляя только воспоминания о себе: капитану такого судна нечего было делать на их маленьком острове.

По куполу снова прошла волна, отозвавшись у Евы лёгкой щекоткой на кончиках пальцев. Она повернула голову к окну, в котором исчезли последние красные блики солнца. Закат. Изабель скоро вернётся, и Ева хотела встретить сестру радушно и весело. Они справятся. Если они будут вместе, они обязательно справятся.

Она начала покачиваться, напевая старую морскую песню, которую ей с Изи в детстве пел отец. Когда она закончила петь, в комнате уже окончательно стемнело, а матушка рядом совсем обмякла. На щеках Анны засохли солёные дорожки, такие же солёные как воды, навсегда укрывшие её любимого мужа.

***

Тук-тук-тук!

Громкий стук разбудил Еву. Видимо она задремала вместе с мамой в обнимку. В комнате было темно – хоть глаз выколи. Она потёрла тяжёлые слипшиеся веки, под которые словно песка насыпали, и потянулась, разминая затёкшее от неудобной позы тело.

Рядом, привалившись к спинке дивана дремала Анна. Горе выматывало её, забирая все силы, и спала она подолгу и крепко.

В дверь продолжали упорно стучать. Тяжело и монотонно. Не так, как стучала бы Изабель. Даже спросонья это насторожило Еву.

Время было позднее, и сестра давно должна была вернуться домой. Гадая, кто может быть за дверью, и куда же подевалась Изабель, Ева на цыпочках подошла к окну, ведущему во двор.

Аккуратно, стараясь не шуметь, девушка приоткрыла ставню, и тут же зажмурилась: прилипшие с вечера скорлупки яйца отвалились с резким хрустом, падая вниз. Будь это день, когда улицы острова полны шумных разговоров, а в небе поют птицы, или стой их дом на окраине, где голос моря перекрывает другие звуки, пришедший может и не заметил бы этого хруста, но Ева была не так везуча.

– Эмер?

Ева застыла от звука голоса.