Дело Ильназа Галявиева

Согласно ее показаниям, утром 11 мая она вместе с Муллануром Мустафиным собиралась выходить из гимназии, чтобы купить цветы на день рождения директору. В этот момент на крыльце снаружи появился стрелок.

Увидев его силуэт через стекло двери и услышав «сильные, пугающие хлопки», Ахтямова побежала на третий этаж, «спотыкаясь добежала до своего кабинета» номер 313 на третьем этаже. В нем находился 6А класс. В этот момент директор гимназии объявила по громкой связи, что нужно запереть двери классов.

– Мы заперлись, и произошел взрыв.

Потом мы быстренько детей уводили назад, они все сели. Все дети боялись, у некоторых истерика была, я дала свою воду двум-трем ученикам, чтобы успокоить их. Потом еще один взрыв был. После взрыва у нас что произошло: стучали в дверь, и молчание было с той стороны. Конечно, я подошла к двери, вопрос не задала, просто прислушалась. Тишина стояла. Потом на улицу посмотрели через окошко, там уже начали эвакуировать детей. И через некоторое время уже сообщение пришло: «Все нормально, не переживайте, сейчас вас эвакуируют», – вроде так было написано.

Через некоторое время, действительно, постучали в дверь, я подошла, там Халикова Венера Закирзяновна сказала: «Откройте, пожалуйста, дверь». Я подошла, переспрашиваю: «Венера Закирзяновна, это точно вы?» Она говорит: «Да, Гульназ, откройте дверь». Вот так мы открыли дверь, там друг за другом стояли омоновцы. В коридоре был дым, разваленное такое состояние, везде было пыльно. Когда уже с детьми направились к двери, я видела, что входная дверь с лестницы на этаж уже еле держалась.

После этого мы спустились на первый этаж, потом вышли через запасной выход и через стадион уже направились ко дворам.

– Вы сказали, что произошел взрыв. Как вы поняли, что это взрыв? – спросила прокурор Яна Подольская.

– Это был взрыв, потому что кабинет как будто двигался, – ответила Ахтямова. – До такой степени такой хлопок это… Я чувствовала, что это действительно взрыв.

– А сколько таких взрывов было? – уточнила Подольская.

– Два раза точно было. Два раза.

– Кроме этих двух взрывов какие-то хлопки, выстрелы вы слышали?

– Хлопки и стрельбу вроде я слышала. Стрельба – да. Но взрыва точно я помню, что два было.

Затем серию уточняющих вопросов Ахтямовой задал прокурор Наиль Уразбаев, и последний его вопрос тоже был о взрывах:

– Вы сказали: было два взрыва. Они отличались друг от друга по звуку, по мощности?

– По звуку – да.