Генерал Пиночет и его оловянные солдаты

Даже свои деловые, семейные и дружеские связи с офицерством вооруженных сил они использовали для подрыва и ослабления буржуазно-демократических институтов, которые они, казалось бы, должны были защищать.

Слова, начертанные на национальной эмблеме, еще раз как бы определили судьбу чилийского народа: в то время как президент Альенде и правительство Народного единства использовали в своей политике разум, буржуазия и правые политические партии противопоставили ему силу, для того чтобы сдержать развитие страны.

На протяжении трех лет колебания между разумом и силой определяли ритм национальной жизни.

Наступил день 11 сентября, когда произошел государственный переворот, в результате которого у власти оказалась военная хунта фашистского толка.

Хунта вернулась к проведению политики передачи национальных ресурсов в руки американских компаний. Были закрыты многочисленные предприятия. Это увеличило безработицу. Для того чтобы подчеркнуть эффективность частного предпринимательства, в первые же дни, последовавшие за переворотом, в торговую сеть поступила масса потребительских товаров, в которых в последнее время ощущался недостаток.

Было ясно, что эти товары невозможно произвести за то время, когда одни фабрики оставались еще закрытыми, а производство на других было нарушено в результате происходящих в стране событий. Но по своей тупости фашисты этого не поняли, и сам этот факт является сильнейшей уликой против буржуазии, скрывавшей товары, занимавшейся спекуляцией и саботажем в системе распределения.

В течение нескольких недель, последовавших за государственным переворотом, военная хунта превратила в норму повседневные репрессии и расстрелы на улицах, политический произвол и концентрационные лагеря, судебные процессы, на которых отсутствовала всякая законность.

Только на Национальном стадионе, как подсчитано, находилось более 7 тыс. арестованных. На острове Даусон томились в заключении руководители политических партий. В северной пустыне Чакабуко, где стояла ужасающая жара, был открыт концлагерь.

Просившие убежища осаждали посольства. Университеты подверглись бомбардировкам военно-воздушных сил, чего не решились делать даже нацисты. Костры из книг на всех перекрестках свидетельствовали о страхе перед идеями, охватившем военных.

Буржуазия, жаждавшая реванша, полная стремления возвратить свои привилегии, захватывала национализированные предприятия, добиваясь законов о восстановлении частной собственности.