Бомбардировщики

Да, получили повреждения над целью. Зенитный огонь плотный, и истребители перехватили после бомбометания.

– Ладно, передай трубку своему Овсянникову, – согласился генерал-майор. – Группу поведешь ты. Слышишь?! Разнести завод к чертовой матери!

– Да, слушаю, товарищ генерал-майор. – Иван Маркович, поблагодарив зама коротким кивком, прижал трубку к уху.

– Даю три часа на подготовку, и чтоб две эскадрильи подняли! – рыкнул Семенов. – Цель очень важна. Союзники сегодня там две дюжины самолетов потеряли.

Повторить удар они не могут, значит, рисковать придется нам. Вы ведь дальнебомбардировочная авиация, – добавил комдив чуть тише. В его голосе чувствовались просящие нотки. На миг Овсянникову почудилось, что Семенов готов извиниться за резкий тон. Нет, всего лишь почудилось.

– И не забывай, мы только с сегодняшнего дня включились в работу, а немцы уже третий день ведут воздушное наступление. Не дело за спинами союзников отсиживаться. Работайте, подполковник.

Положив трубку, Овсянников опасливо огляделся по сторонам и подмигнул смотревшим на него Чернову, Савинцеву и Абрамову.

На его взгляд, последняя фраза комдива не имела абсолютно никакого смысла: в отличие от немцев, стянувших на западный рубеж почти всю свою авиацию, Советский Союз перебросил во Францию и Голландию всего только два полка «ДБ-3» и одну эскадрилью «ТБ-7». С такими силами нам остается только роль помощников, но никак не главной ударной силы.

– Пойду пройдусь по полю, с людьми поговорю, – вздохнул помполит.

Дмитрий Сергеевич чувствовал себя не в своей тарелке. Мало того что приходится на земле сидеть, пока ребята с империалистами дерутся, так еще командиру ни за что ни про что досталось. Как подметил Абрамов, Овсянникова в полку любили – плохо будет, если мужика смайнают в комэски или простые летчики, однозначно это отразится на моральном уровне коллектива. Такие вещи Абрамов селезенкой чувствовал и понимал. Нельзя командира после первого боя снимать.

Человеку доверять надо, тогда и он на все сто выложится, кровь из носу – дело сделает.

Глава 6

Бесконечный день

В отличие от летчиков, отдохнуть после вылета Овсянникову не удалось. Стакан крепкого чая, папироса, и за работу. К сожалению, командиру все чаще приходится не во главе сплоченных звеньев в бой идти, самому цель выискивать, а в кабинете с бумагами и людьми работать. Ну, не в кабине, а за столом у телефона.