Символ мира – предмет раздора

Долго не могла успокоиться девушка, а когда открыла заплаканные глаза, то перед ней стояли три духа: три зловещие тени. Духи все черные, словно сажа горит, клубящиеся, с рогами на уродливых головах. Клыки торчат из пастей, дым валит от них, как от лесного пожара. Глаза красными угольками горят на черных лицах.

– О чем горюешь ты, о дева? – спрашивает один из них.

– Что делаешь ты здесь одна, так далеко от людских селений в холмах при свете полной луны? – вторит ему другой.

– Не боишься, что мы заберем тебя с собой в свое царство? Навечно будешь у нас в услужении, света белого не видеть, – молвит третий.

Не испугалась страшных духов Ва Чжи, потому что все равно было ей, что с ней теперь будет. Поведала она о предавшем их любовь юноше и сказала, что не успокоится, пока их любовь не будет отмщена. Всю свою боль вложила она в свой рассказ, да так, что даже черные духи ахнули от подлости молодого человека, принесшего ей столько страдания и горя.

Закончила Ва Чжи свой рассказ и даже забияка-ветер на утесе стих на некоторое время.

Наступила звенящая тишина.

Переглянулись тогда между собой духи, и один из них заговорил с Ва Чжи. Предложил он ей сделку. О чем был этот уговор, знает только ветер, который гулял по холмам той ночью, но после этого Ва Чжи больше никто и никогда не видел.

Лишь забрезжил очередной рассвет розовыми лепестками, загудело все селение. Вот уже сутки не видел никто Ва Чжи.

Проснулся тем утром Вен Лю и увидел, что он уже не прекрасный юноша, а скрюченный горбатый старик.

Помаялся Вен Люй по селению: все смеются над ним, никому он такой не нужен. Девушки, с которыми общался до этого, все говорят, что это не он, чтобы такой страшный к ним даже не подходил и не хотят его даже слушать. Кому он говорит, что это он, Вен Люй, все говорят, что так ему и надо. Посмотрел он в отражение пруда и увидел скрюченного старца. Пропал, бесследно исчез прекрасный юноша. А глаза сделались льдисто-голубыми. Ни у кого никогда в селении не было таких глаз. Захотел он убить себя, но не смог. Не приходила за ним смерть, и как бы ни старался и что бы ни делал юноша, убить себя не получалось.

Тогда пошел он из селения прочь и дошел до каменистых Лунных холмов. Остановился он на отдых и слышит, кто-то тонким голосом ему поет.

– Пожалели духи красавицу Ва Чжи. Выполнили ее желание, в обмен забрав ее и твое сердце. Только Ва Чжи заплатила жизнью за свое желание, а ты обречен скитаться вечно.

– Кто это говорит? – спросил Вен Люй.