Сиротский дом

А ведь Клара несколько раз громко звала их всех! Впрочем, сейчас она лишь напомнила, старалась говорить максимально спокойно:

– Ланч готов, вы что, не слышали?

– Мы не пойдем.

– Что?!

– Да с какой стати нам с ним дружить-то?

– Что происходит? – спросила она у Питера, но тот лишь плечами пожал. Зато Барри тут же объяснил:

– Он же хочет, чтобы вы с ним в Лондон уехали!

Соображала Клара быстро.

– Нет, мальчики, это самый обыкновенный дружеский визит.

И, произнося это, почувствовала, как сильно забилось у нее сердце.

А что, если мистер Харрис и впрямь приехал за ней? Что она ему ответит, если это действительно так?

– Не притворяйтесь, будто вы такая уж недогадливая, мисс Ньютон, – сказал Барри, оставив свои физкультурные упражнения и ничком плюхнувшись на кровать.

В девичьей комнате тоже царила атмосфера всеобщего недовольства.

– Вам помочь вещи сложить? – спросила Морин – как плюнула.

– Что-что?

– Мы же знали, что вы и трех месяцев здесь не выдержите!

Рита, сжимая в руках мышку Молли, посмотрела на нее умоляюще:

– Вы же обещали!

– Нет, это уж совсем никуда не годится! – рассердилась Клара.

 – И мистер Харрис совсем не потому сюда приехал, и я никуда уезжать не собираюсь.

Терри тоненьким голоском возразила:

– Но вы всегда говорили, что были счастливы, когда работали в фирме «Харрис и сыновья».

– Ну да, была. А теперь я и здесь вполне счастлива.

В итоге дети все-таки на кухню явились.

Мистер Харрис держался стоически и даже попытался завести с ними беседу, пока они ели.

Но как только тарелки опустели, дети встали, извинились и попросили разрешения выйти из-за стола.

– Ну, ладно, идите, – вздохнула Клара, глядя им вслед. Собственно, ничего нового они в сложившуюся ситуацию не привнесли.

Сегодня была очередь Морин мыть посуду. Она заняла позицию возле раковины и буквально метала раскаленные стрелы в бедного мистера Харриса.

– Ну и как вам работается с мисс Барбер? – Этот вопрос Клара задала ровным тоном, хотя даже упоминать имя этой молодой женщины, занявшей ее место, было ей крайне неприятно. Мистер Харрис церемонно положил ложку на пустую тарелку, промокнул губы салфеткой и сказал:

– Это самая плохая из всех возможных секретарш. Вы просто вообразить себе не можете, насколько она плоха. И это еще мягко сказано.

Клара засмеялась.