Цивилиzации

Каонабо больше заинтересовали наши фортификации, корабли и оружие, но я увидел, что мои слова тронули его прекрасную супругу.

Пятница, 11 января

Каонабо увел свое войско, оставив супругу и ее брата присматривать за нами и за этими местами, и это хорошая весть, ведь, думается мне, убедить этих двоих вернуть нам свободу и принять нашу веру будет проще.

Мартин Алонсо иного мнения и хочет подбить команду на побег: «Пинта» еще стоит на якоре в бухте.

Суббота, 12 января

Сегодня я долго рассказывал царице о Господе нашем Иисусе Христе, и она разрешила установить крест на площади в деревне, где мы находимся.

Ее брат предложил мне вместе попробовать коибу, или табак, – так они называют сухие листья, которые поджигают в полых тростях, чтобы затем вдохнуть дым.

Мартин Алонсо болен.

Воскресенье, 13 января

Царица – женщина, я описал ей украшения и платья, которые носят при дворе в Кастилии, и заметил вожделеющий блеск в ее глазах, как у ребенка.

Мы достойно питаемся, спим в гамаках, но Мартин Алонсо жалуется на боли по всему телу. Он говорит, что не хочет здесь умирать, и думает только о том, как вернуть свой корабль.

Понедельник, 14 января

У Мартина Алонсо жар, какая-то жгучая лихорадка – это заставляет опасаться за его жизнь. Судя по тому, что я наблюдаю, заразу он, скорее всего, подцепил, ведя торговлю с индейцами. Он в отчаянии при мысли, что больше не ступит на христианскую землю.

На языке Анакаоны ее имя означает «золотой цветок», поэтому я предложил ей стать доньей Маргаритой.

Вторник, 15 января

Дьявол овладел телом и рассудком капитана.

За обедом у Бехекио, куда мы оба ежедневно приглашены (до сих пор он ни разу не дал нам повода пожаловаться, разве что обязал ходить нагишом, как и он сам), Мартин Алонсо, распаленный лихорадкой, схватил нож и убил старого касика ударом в шею. Затем, угрожая оружием царице, он заставил ее освободить наших спутников, велел, чтобы каждому дали лошадь, и бежал с теми, кто мог держаться в седле.

Несчастный безумец надеется, что попадет на корабль. Но я-то понимаю, что своим поступком он всех нас обрек на гибель.

Среда, 16 января

Индейцы оплакивают смерть своего правителя. Потерявшая брата царица в трауре и далека от мысли о крещении, теперь все ее речи только о мщении. Крест, который она поставила, свалили и сожгли.