А дальше – море

Уильям косится на нее и видит, что она уставилась на отца. – Ты не можешь остаться здесь на лето. – Потянувшись к нему, она гладит его по руке. – Ну право, Уильям, что это пришло тебе в голову? Мы едем в Мэн всей семьей. Это наши каникулы. Семейные каникулы. – Он все так же смотрит на нее, а она все так же – на отца. – Итан, скажи что-нибудь. Вразуми своего сына.

Уильям переводит взгляд на отца. Отец снимает очки, протирает их салфеткой, медленно, сначала одно стекло, потом другое. В комнате тихо как никогда.

Отец, кажется, намерен добиться от очков максимальной прозрачности, прежде чем заговорить. Он окунает уголок салфетки в стакан с водой и оттирает невидимое пятнышко.

– Папа, – не выдерживает Джеральд. – Скажи Уильяму, что он не может остаться. Мы же уже договорились, что будем ночевать в палатке в лесу. Правда, Беа? Ну поддержи меня!

Беатрис качает головой, но молчит. И смотрит на свои колени.

А отец все протирает очки. И не произносит ни слова. Уильям откашливается.

– Бобби уже сказал своим родителям, – сообщает он.

 – Комната Дэвида свободна, с тех пор как он уехал в Европу. Их родители будут рады приютить меня.

Отец смотрит сначала на маму, а потом обращает взор к Уильяму, поверх очков.

– Нет, – тихо говорит он. – Это не вариант.

– Но, папа, – голос Уильяма звучит пронзительней, чем ему хотелось бы, – я хочу заработать денег летом. Хочу продолжать помогать в войне. Ехать сейчас в Мэн – это просто, не знаю, легкомысленно.

– По правде говоря, – возражает мама, – ты пока еще ребенок.

И не надо стараться поскорее повзрослеть.

– Я уже не ребенок, мама. Летом мне исполняется пятнадцать. Через три года меня могут призвать в армию. Ехать в Мэн – легкомысленно, – повторяет он. – Напрасная трата времени. – Он встает, резко отодвигает стул. – Вы не понимаете. Никогда ничего не понимаете. – Он старается не кричать. – Я не голоден. Могу я выйти из-за стола?

Мать смотрит на него, и в глазах у нее безмерная усталость.

– Да, – отвечает она.

– Нет, – говорит отец. – Сядь за стол и закончи ужин.

– Позволь ему уйти, – говорит мама. – Оставь его в покое. – Тон решительный и твердый, какого Уильям, пожалуй, прежде не слышал.

Краем глаза он замечает, как отец мотает головой, но не произносит ни слова. Джеральд мгновенно затихает. Беа наконец решается поднять голову и взглянуть на него, но он не может понять выражения ее лица. Разочарование? Уильям выходит из столовой и отправляется в свою комнату.