Мария София: тайны и подвиги наследницы Баварского дома

Разъяренный Чальдини предложил им покинуть крепость на корабле, переименованном в «Гарибальди»! Это был старый Veloce[39 - В некоторых источниках говорится, что первоначально корабль назывался «Бурбон».], спущенный на воду несколькими месяцами ранее с верфей Кастелламаре-ди-Стабия в честь дня рождения монарха, который в июле предыдущего года под этим последним названием был первым предательским кораблем эскадры Бурбонов[40 - 10 июля 1860 года капитан Амилькаре Ангиссола передал Veloce графу Карло ди Персано в порту Палермо в качестве подарка для Гарибальди, хотя всего лишь 41 из 144 офицеров и членов экипажа покинули своего короля.

].

Музыка играет «Гимн королю» Паизиелло[41 - L’Inno al Re («Гимн королю», на французском языке), сочиненный Джованни Паизиелло в 1787 году, был национальным гимном Королевства Двух Сицилий с 1816 по 1860 год.]. Послед- ние жители Гаэты машут из окон белыми платками. Послы, министры, несколько генералов и офицеров, королевские слуги и полдюжины французских офицеров поднимаются на борт корабля, который останется в гавани более часа, а потом около 9 часов утра наконец поднимет якоря.

Франциск II раскидывается на стуле, с сигарой во рту, с надменным видом Прометея европейских монархий. Его не мучают сомнения. С вершины скал Гаэты он защищал не только свой трон и независимость своего народа, но и дело всех государей на континенте.

Позволив ему пасть, они дали обрушиться дамбе, сдерживавшей революционный потоп. Завтра, уверен он, этот потоп захлестнет все, положив начало еще более грозным конфликтам…

На другом конце капитанского мостика, небрежно опираясь о пушечный ствол, королева стоит рядом с маркизой де Ренди[42 - Маркиза Ренди Караччиоло была дочерью князя Торелла Караччиоло и фрейлиной героической королевы. После Гаэты она последовала за Марией Софией в ее различных путешествиях по Европе, в частности, в Париж, где жила по адресу: авеню Боске, 2, в седьмом округе.

Четверо ее старших сыновей вместе с королем Франциском II до самого конца защищали Гаэту.] и герцогиней Сан-Чезарио[43 - La Presse du 24 fеvrier 1861.]. Она выглядит крайне удрученной, покидая эту землю, которая пять месяцев освещалась ее присутствием и которая останется пропитанной ее славой и ее жертвой.