Конкистадоры Гермеса

У парня уникальная способность влипать в неприятности, он их к себе притягивает, как магнит. Признаться, господина Крылова ради его же собственной безопасности надо было не брать с собой на Гермес, а запереть в обитой войлоком комнате и давать в руки исключительно мягкие игрушки.

– Он что, до сих пор болеет?

– Уже нет. Точнее… Даже не знаю, как сказать. Внешне – здоров как бык. Если хотите, заглядывайте в научный блок, поздороваетесь. Коленька сейчас трудится на «Кронштадте», под моим весьма пристальным надзором.

Проблема в другом. Он теперь не относится к нашему биологическому виду.

– Чего? Чего-чего? Это как?

– Да вот так. Был homo sapiens, а теперь – черт-те что и сбоку бантик.

– Не понимаю! Русланыч обзавелся хоботом и плавником на спине? Рогами и копытами?

– Если бы я сам хоть что-то понимал… Не беспокойтесь, свою обаятельную внешность Крылов сохранил целиком и полностью, все девицы в отделе от него млеют. Когда он их не пугает до полусмерти своими безобразными выходками… Скажем так: начинка другая.

– Б-р-р… – Я помотал головой. – Поточнее можно? Какая начинка?

– Генетическая. За месяц он произвольно изменил свой хромосомный набор, всю информацию в ДНК-РНК и большинство белков. Скажете, что это невозможно? Верно, невозможно. Однако хромосом у него сейчас не сорок шесть, а девятьсот двадцать.

– Сколько?

– Уши не моете, капитан? – внезапно рассердился Гильгоф. Он всегда злится, когда сталкивается с неразрешимой загадкой. – Сказал же – девятьсот двадцать! В два десятка раз больше, чем положено от природы.

И это еще не финал, изменения на клеточном уровне продолжаются. Вообразите, мы поставили в тупик даже «Птолемея»: искусственный интеллект уверяет, что ничего похожего не может быть потому, что не может быть никогда. Очаровательное объяснение.

– Ну знаете, доктор… – Я лишь руками развел. – Жить становится все интереснее!

– Точно! Причем личность Коленьки изменениям не подверглась, разум у него свой собственный, психиатрическая экспертиза доказала абсолютную вменяемость.

Он ужасно расстраивается из-за столь пристального внимания к своей персоне, поэтому я с одобрения Бибирева решил человека лишний раз не травмировать и просто наблюдать, что будет дальше. Кое-какие догадки, впрочем, имеются – я убежден, что Крылов подцепил на Гермесе некий вирус, запустивший механизм генетической перестройки организма. Но выделить этот вирус у нас не получилось, как ни старались.