В сумерках. Книга первая

Нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме. Точно. Так в газетах написано!

– Ага, на вашей-то стороне улицы – коммунизм. А мы тут с земляным полом.

– Почему с земляным?

– А ты посмотри в сенках. Выгляни, выгляни. Доски сгнили. И у нас под порогом, под половичком, одна труха. Пока коммунизм построят, у нас пол совсем сгниет.

– Ты один живешь?

– Бабуся в больничке. Астма у нее и сердце.

– Может, лекарства нужны, я спрошу у отца.

– Не надо, блата не признаем. У нас лучшая в мире медицина.

– Нету.

– В нашей будешь. Если захочешь.

– Посмотрим.

– А ты почему за мной бежал?

– Не знаю. Прикрыть думал, если что. Все же сдриснули. Кто прикроет?

– А я думал, футболист за мной гонится, боялся оглянуться. Чуть не сдох.

Они расхохотались и хохотали до икоты, как могут смеяться подростки, только что пережившие вместе большой страх, беспричинный стыд и невероятную удачу.

Счастливый мяч исправно служил, пока однажды в мае, когда после экзаменов пошли погонять в футбол на пустыре за трамвайной линией, один пацан выбил мяч из штрафной да так наподдал, что мяч пулей перелетел через ворота и упал точнехонько в кузов проезжавшего мимо грузовика.

Уехал мяч – горевали недолго. На той же неделе оба, Кирилл и Мишка, получили повестки в военкомат.

Мишка отслужил полный срок, а Кирилла комиссовали.

Он все так же жил в сырой комнатушке на противоположной стороне улицы, только уже без бабушки. В футбол они больше не играли, а интересы опять совпали.

Глава четвертая

Партийное строительство

Договорились назвать партию демократической и рабочей. Горячо спорили о порядке букв. ДРП намекало на «драпать», РДП звучало боевито, сухо, как очередь из автомата. Значит, эрдэпэ. Но если первое слово «рабочая», то как привлекать студентов и служащих?

– Надо начинать с «демократической», не надо с рабочих, – настаивал Веник.

Он учился в десятом классе на «четыре» и «пять». Родители надеялись, младший поступит в вуз. Отец настраивал его на медицину, мать рекомендовала высшее военно-политическое либо училище погранвойск в Москве.

– Пээрдэ – будто пернул кто, – обкатывал Михаил аббревиатуру на слух.

Они заблудились в трех буквах, никак не двигались дальше.