В сумерках. Книга первая

В Москву гоняли в командировку и на отгулы – за покупками, если, например, скоро свадьба, юбилей или еще какое крупное событие, и надо колбасы на стол порезать. А что? До Москвы рукой подать, немногим больше суток. Снимаешь ячейку в камере хранения на вокзале и забиваешь ее методично под завязку. Дотащить сумки до вагона – пуп сорвешь, а дома с поезда родственники встретят. Одним словом, хорошее, удобное место для жизни город Темь и вся Темская область. Расположение удачное – далеко от любых государственных границ.

Откуда бы ни напал враг, – думали темчане, – до нас не дойдет, а если и дойдет, так уж через Таму-то никак не переправится. Мосты взорвем, а не дадимся.

Тема врага фонила в подсознании каждого, искажая любой полезный сигнал, адресованный сознанию. В городской черте на всем протяжении реки Тамы стояли заводы, склады, гремели-выли-грохотали испытательные полигоны и какие-то особые, вынесенные за пределы основной территории цеха, иногда подземные. Периодически возникали и пулей застревали в головах темчан слухи о погибшей смене в одном из подземных цехов.

Слух возникал примерно раз в пять лет. Непонятно, один и тот же слух циркулировал по большому кругу или погибала каждый раз новая смена. Шепотком пронесется дурная весть и – тишина. Официальных источников информации не было, да и кто бы стал к ним обращаться? Компетентные органы сразу насторожатся: мол, с какой целью интересуетесь? Уж на этот вопрос организм темчанина отзывался безотказно мурашками по коже и судорогой мозга. Наша цель – коммунизм, раньше думай о Родине, лишь бы не было войны – мантры эти сопровождали каждого, живущего в этих местах, от пеленок до могилы.

Город вопросов не задавал. Город молча работал на оборону. Молча, потому что давал подписку о неразглашении. Объем информации, не подлежащей разглашению, сам по себе представлял государственную тайну более высокого уровня, нежели тайна, доступная работнику оборонного завода в силу его производственной деятельности.

Никто не знал точно, о чем нельзя друг другу говорить, поэтому, выпивая на семейных праздниках, много пели. Выпьют, поедят, еще выпьют – и как запоют! Случался мордобой. Дерущихся растаскивали и впредь старались в одну компанию вместе не приглашать.

Мужчины в ожидании еды успевали переговорить о футболе и способах продолбить бетон, чтобы повесить полочку. Муж ценен умением вбить гвоздь. Гвоздь в стену не вбить без дюбеля.