Прикоснувшись к войне. Работа поискового отряда «Рифей» г. Магнитогорск

Медальон состоял из бумажного вкладыша в двух экземплярах, который выпускался типографским способом. Эту бумагу солдат должен был заполнить самостоятельно, указать свое имя, отчество, фамилию, год рождения, адрес, звание и имя и адрес ближайших родственников, кому можно сообщить в случае гибели на фронте. Потом вкладыш сворачивался в трубочку и хранился в черном пластмассовом футляре, который нужно было плотно завинтить и хранить в нагрудном кармане гимнастерки. Размер футляра был 5 см. и напоминал игольницу.

В случае гибели бойца, медальон раскручивался, один вкладыш забирался, второй оставался с убитым, чтобы позже можно было его идентифицировать.

Бумага сохранялась лишь в том случае, когда медальон был плотно закручен, и вода и воздух не испортили бумагу за 50 лет. Это был единственный шанс установить имя бойца, так как красноармейская книжка уже истлела за 50 лет, либо ее могли забрать после боя, а в штаб не доставить. Медальоны были отменены зимой 1942 г., после этого число пропавших без вести многократно возросло. Зачем это было сделано? Вопрос так и остается открытым.

Возвращаясь к медальону магнитогорца, оказалось, что фамилия прочитана неверно, а остальные данные полностью совпали. Адрес указан левобережный, бараки там давно снесли, а жители переехали. Оставался один выход – дать объявление в газету, которую читают большинство жителей Магнитогорска – это «Магнитогорский металл». Вероятность того, что родственники живы и вообще не уехали из города за 50 лет, очень мала.

Объявление вышло в конце мая 1998 г.

Мы заканчивали тогда учебный год. Дети уже не приходили в клуб. Мы писали отчеты за год и планы на лето. И вот, однажды июньским утром, подходя к клубу, мы с Валентиной Алексеевной Погодиной увидели двух пожилых женщин, ожидающих нас. Когда их спросили, чем мы можем помочь, то они сказали, что пришли по объявлению. Я даже переспросила: по какому объявлению? Мне даже в голову не могло прийти, что на публикацию в «Магнитогорском металле» откликнутся родственники солдата.

Таких вестей мы привыкли ждать месяцами, а иногда и годами.

Я помню свои ощущения тогда, даже сейчас их сложно передать. Радость, жалость и сопереживание плачущим женщинам, которые оказались двумя дочками Шамарина Михаила Алексеевича. Бабушки уже открыли летний сезон на даче и дома почти не появлялись. Статью об их отце в газете «Магнитогорский металл» принесла им соседка по подъезду. Она знала их девичью фамилию и сразу поняла, что это про их семью.