Грозный – Василий Блаженный. Истина-весть

– Не горюй, хан! Случалось хуже того!

– За неделю-другую затянутся распанахи. – подбадривали Василия Иоанновича мужички, принявшись помогать коню.

Осмотрев раны, более опытные охотники засомневались:

– Ето как пойдет лечение!

Врачуя жеребца, расторопные охотники завели меж собой спор-перепалку:

– Укус дикого зверя опасен.

– Се для кого как! Для кого и комар опасен!

– Известно, всякое случается. Но чтоб так порвать жеребца – тут недалече и до беды!

– Тьфу, на тебя, Матвей! Не приведи, Господи!

– Да я к слову…

– Должон поправиться коняшка…

– Загадывать нельзя, однако ход рысака может нарушиться!

Помочились на раны – верный способ заживления.

А тут уже подкатила телега с охотничьими припасами, нашлось все что требовалось.

Видя, что Найденыш не встает на ноги, охотники задумались, как доставить коня на хутор. Загвоздка! Решили соорудить настил из жердей, прикрытый еловыми ветками. Проворно смастерили. Сообща с трудом передвинули жеребца на настил, удобно подстелив ему под бока хвойные ветви.

Управились еле-еле! Тяжесть-то какова! Отдышавшись, дали коню попить медово-овсяного пойла.

Управившись с конем, смерды принялись за забитых вепрей. А Великий хан еще долго крутился подле Найденыша, жалея его: то протирал тряпицей, то гладил…

– Не пойму, как могло такое случиться?! – ворчал раздосадованный государь.

– Сице, чему дивиться? – вставил Тимофей, бывалый охотник. – Охота. Зверье лютует.

– На промысле всякого перевидишь: тута кто кого опередит! – добавил проводник.

– Все одно! Прежде со мной не случалось неурядиц! —заметил государь. – Бог миловал.

Заметно было по напряженному лицу Василия Иоанновича, что он еще не пришел в себя от перепалки со зверями. Слегка подрагивающими пальцами Великий хан ласково потрепал гриву раненному любимцу:

– Потерпи, Найденыш! Заживет!

Смерды возились с забитыми кабанами, посматривая на хана.

– Василий Иоанныч, ты присматривайся да бери на заметку, – увещал-вразумлял охотник Ефим.

 – Зачастую тако и складывается на жизненном пути: нема, нема горя, а то враз нахлынет, навалит, как снегопад на голову!

Всколыхнувшись жгучим огнем, в душе хана поднялась тревога. Скользнув глазом на селянина, осадил неожиданную жгучесть, подступившую до горла. Смутившись и затревожившись от этого, махнул рукой и пошел навстречу братьям, показавшимся из лесу.