Чудеса в решете, или Веселые и невеселые побасенки из века минувшего

Это бы еще полбеды – но кто-то из присутствующих в Доме ученых происходящее записал и передал на Запад. Запись подхватили «вражеские голоса»…

В итоге Некрича вызвали в комиссию партийного контроля, во главе с членом Политбюро Пельше… и исключили из КПСС[7 - С работы Сашу не уволили, но все же «выдавили» из страны. Он надеялся, что в эмиграции получит кафедру либо в Англии, либо в США. Поселился в Бостоне, рассчитывая, видимо, на работу в Гарвардском университете. Ничего не вышло. И только в годы перестройки Некричу разрешили приезжать на родину.

].

А через некоторое время решили обсудить и всех выступавших в дискуссии о книге Некрича, в том числе и Д. Е.

Тогда-то Д. Е. и решил, что произнесет речь, в которой выскажет все, что думает и о Пельше, и о его комиссии, и вообще обо всей партийной системе Советского Союза. Однако, хотя Д. Е. и вызвали «на ковер», отпустили его всего лишь с выговором, даже не со «строгачом». И речь оказалась непроизнесенной.

В бумагах мужа я нашла резолюцию парткома о снятии с Д.

Е. выговора, наложенного на него Комиссией партийного контроля при ЦК КПСС, – вот только не обнаружила там справки о том, сколько сосудов в его мозгу пострадало от этой гадкой истории.

В это же примерно время мы с Д. Е. задумали и начали писать книгу «Преступник номер 1» о Гитлере… – вернее, о тоталитарном строе в Германии, похожем на любой другой тоталитарный строй. И это опять же грозило Д. Е. потерей партбилета.

Однако все же следует объяснить, что потеря партбилета означала для Д.

Е. отнюдь не только утрату престижной и хлебной работы – Д. Е. был коммунистом идейным. Сейчас это звучит, может быть, смешно, но в ту пору таковыми были миллионы и советских людей, и европейцев, считавших, что капитализм себя изжил.

Из всех наших многочисленных общих друзей понимали Д. Е. только Борис Слуцкий и, возможно, англичанин Дональд Маклейн.

Но что было, то было.

Глядя назад, с высоты своих ста лет, считаю, что Д.

Е. был по своей природе политиком – может быть, очень крупным политиком.

Однако политиков в СССР не могло быть по определению – советская держава изначально была задумана и устроена на другой лад. Ей требовались не политики, а вожди и послушные исполнители их воли. Даже никаких особых мнений людям иметь не надлежало.

* * *

Ну а теперь пора все же сказать, что, кроме огромных достоинств – ума и таланта, – Д. Е.