Творцы апокрифов

Когда стало ясно, что по вашей милости в Лондоне готов вспыхнуть мятеж и надо спасать свои шкуры, Лоншан вознамерился прихватить это добро с собой. Пришлось растолковать, что невозможно удирать, волоча на себе тяжеленные ящики с его драгоценной писаниной. Мы их спрятали, ибо мэтр Уильям твердо верил в расположение Ричарда и свое победное возвращение. Я, к слову, его предупреждал: не нужно задевать Клиффорда, пускай приезжает. С любым человеком, если постараться, можно найти общий язык. Но Лоншан настоял на своем, и вот к чему привело его упрямство.

– Значит, кто-то, прекрасно осведомленный о тайниках господина канцлера, воспользовался общим переполохом и забрал документы сразу же после вашего поспешного… э-э, отбытия, – подытожил сэр Гисборн. – Можно уверенно предположить, что этот человек обладал правом беспрепятственного прохода в крепость, иначе как бы он вообще туда попал? Раз ты был начальником стражи, то должен знать, кого пропускали к канцлеру безо всяких расспросов.

Среди них не встречался человек, описанный Годфри?

– Подобное описание подходит к половине жителей Англии и четверти обитателей Франции, – хмыкнул Дугал. – Например, к Мишелю или даже к тебе. Да, время от времени в Тауэре появлялись люди, о которых мэтр Лоншан заранее распоряжался – сразу вести к нему. Однако подобного типа среди них я не припоминаю.

– Ладно, – протянул Гай. – Вернемся к архиву. Какой вид он имел?

– Пять небольших, очень тяжелых сундуков черного дерева в бронзовой оковке, с врезными замками итальянской работы, – не раздумывая, откликнулся Мак-Лауд и уныло закончил: – Но пять – это тех, что я видел, их вполне могло быть больше.

Сдается мне, что твоим господам взбрело в голову поручить нам найти корни радуги или изловить парочку-другую призраков. Может, им еще Местер Стурворма раздобыть?

– Это такое животное? – привычно уточнил сэр Гисборн.

– Ага. Морской змей. Здоровенная чешуйчатая тварь шагов тридцати длиной.

Когда не топит корабли, приплывает на восходное побережье – греться на солнышке.

– Ничего, и Местера вашего разыщем, если понадобится, – Гай пытался говорить с уверенностью, которой отнюдь не ощущал.

Паром зацепил песчаное дно и мягко ткнулся в низкий берег, придавив своей тяжестью захрустевшие стебли камышей. Обрадованные возвращением на твердую землю, лошади бодро затопали по шатающемуся причалу.