Творцы апокрифов

Рыжий оруженосец выглядел лет на шесть-семь постарше всего господина, только-только достигшего того возраста, когда окружающие перестают воспринимать подростка как надоедливого мальчишку, и вел себя несколько неподобающим образом, торопя коня и постоянно обгоняя своих спутников. Точно опаздывал на важную встречу, будучи не до конца уверенным, ожидают его там или нет. Молодой рыцарь недоуменно косился на святого отца, ожидая от него истолкования столь загадочного поведения, да так и не дождался ничего вразумительного. Вскоре троица свернула за небольшую буковую рощицу и скрылась из глаз.

Отец Колумбан, монах из Ирландии, ныне отшельничествующий на нормандских землях, баронет Мишель де Фармер и его оруженосец Гунтер фон Райхерт из Германии направлялись к деревушке Антрен, в окрестностях которой в последний месяц творились загадочные и подозрительные дела. Загадочность усугублялась непонятными металлическими предметами, обнаруженными в округе святым отцом, и рассказами испуганных вилланов о «большой черной птице», кружившей в небе.

Услышав подобное, оруженосец господина де Фармера схватился за голову и впал в глубокую задумчивость, ныне перешедшую в тревожное возбуждение и стремление побыстрее добраться до лесов за Антреном. С сегодняшнего утра его грызли неприятные предчувствия, и он даже не оглянулся, чтобы махнуть на прощание удаляющимся приятелям. Собственно, он уже позабыл о них, более занятый размышлениями о собственных грядущих неприятностях.

Путник, столкнувшийся с парой, избравшей путь на полдень, поостерегся бы сразу относить этих двоих к числу «обычных путешественников» и долго бы чесал в затылке, бормоча про себя: «Кого только нынче по дорогам не носит… То ли головорезы-душегубы, то ли благородные рыцари, то ли не пойми кто…»

Впрочем, всадник, ехавший справа на спокойном и выносливом фландрском коне, темно-соловом, со светлой, точно вылинявшей гривой, вполне мог оказаться благородным рыцарем.

Благо в его пользу свидетельствовали как красная туника с вышитой на ней тройкой английских золотых леопардов, так и уверенная манера держаться, свойственная людям знатного происхождения. На вид молодому человеку было лет двадцать пять или чуть поменьше, а светлые, почти белые волосы, серые глаза и несколько тяжеловатая нижняя челюсть лишний раз подтверждали, что их обладатель – уроженец острова Альбион, что в переводе означает «Мирная Земля».

Звали подданного Плантагенетов древним, сохранившимся еще с времен римского владычества, именем Гай.