Прошли годы, десятилетия…

 Кушелевского: «…Отслуживши, по христианскому обычаю, молебен за благополучный исход нашего трудного предприятия, я двинулся со своим караваном в путь, который пролегал почти по самому полярному кругу на восток. В таёжных, труднодоступных для продвижения местах делали просеки, но в основном предпочитали двигаться по руслам больших и маленьких тундровых речек. Экспедиция пересекла реки Надым, Ныду, Пур и вышла к часовне Василия убиенного на реке Таз. Впереди каравана, на особой нарте, в которую были запряжены два пёстрых оленя, везли образ святого Николая Чудотворца, наиболее других святых чтимого остяками.

Весь переход занял 42 дня. Накануне нового, 1863 года путешественники были у цели. Пройдено более восьмисот километров, на этом расстоянии Кушелевский «учредил» 26 «станций», на которых был оставлен провиант на обратную дорогу. Вскоре по проложенному пути началось движение караванов, гружённых енисейским графитом, в Обдорск и далее на Печору.

В книге историка-архивиста В. М. Липатова «Ночной директор» (издательство «Баско», Екатеринбург, 2011 г.) 10-я глава посвящена Николе Чудотворцу.

Всеволод Михайлович пишет:

«В XIX веке произошло нечто труднообъяснимое, с научной точки зрения. Кочевники стали все чаще упоминать о появлении в их жизни нового персонажа. Причём он был неразрывно связан с православной религией. Добавлю, появился он не только в ямальских тундрах, упоминания об его непосредственном и чудодейственном участии в делах человеческих начали поступать даже с русского Дальнего Востока.

Сохранились документальные свидетельства, записанные со слов кочевников, видевших странные, никогда невиданные ими дотоле явления. Царские чиновники и православное духовенство проверяли и перепроверяли их, но в итоге официально были вынуждены признать, что христианские чудеса начали появляться в среде язычников.

Об одном таком случае было напечатано в миссионерском журнале «Православный благовестник» №12 от 1916 года. Привожу краткое содержание событий.

На южном берегу острова Вайгач стояло два самоедских чума, где жили семьи Пырерко и Тайборея. Для своих костров они собирали плавник, выбрасываемый на берег морскими волнами.

10 июня 1916 года за топливом отправились два сына Тайбери: тринадцатилетний Филипп и Прокопий, которому исполнилось всего пять лет.